Снежная сказка

Дымоход Главного Зала уже был закрыт. Оставалось надеяться, что кто-нибудь опоздает, и попробовать залететь с ним. Конечно, если повезет и попадется подходящий опоздавший. Какая-нибудь старенькая фея или лесовик из дремучего леса. Только их, скорее всего, не приглашают на такие мероприятия. А Пани Ядвига, хоть и почтенного возраста, любому нос утрет, ее не проведешь. Во всяком случае, Сноуболл никогда бы не решился попытаться одурачить Бабу-Ягу.

Он засмотрелся, как на светлом еще небе загораются яркие разноцветные звезды, и чуть не прозевал опоздавшего. Приглядевшись к маленькому снежному вихрю, удивленно присвистнул: Снегурочка! И это было удивительно, потому что Снегурочка никогда никуда не опаздывала. Впрочем, с чего я взял, что она опаздывает, подумал Сноуболл, наверное, просто летала куда-нибудь по поручению Снежного Деда. Ясно было одно – самовольное присутствие на экстренном собрании не состоится, потому что тайком проникнуть в Главный Зал с внучкой Снежного Деда – это ВЫСШИЙ ПИЛОТАЖ, как говорят Соседи.

Хотя… а почему бы не попробовать? Сноуболл мгновенно рассыпался на сверкающий рой снежинок и смешался с сияющим облаком, влетающим в заговоренный дымоход, через который и он сам летал много раз, хотя и не всегда по приглашению. Вот сейчас он, скорее всего, вылетит обратно под аккомпанемент серебристого смеха самой красивой девушки двух миров. Зато потом можно будет рассказывать, что сама Снегурочка выставила его из Главного Зала. Он знал, что Снегурочка не сдаст его Микулашу, а тем более – Деду или Санте, это совершенно не в ее правилах.

Сноуболл почувствовал, что его мягко обняли сразу со всех сторон, и догадался, что Снегурочка собрала его в снежок. Сейчас запустит мной через дымоход прямо в звездное небо, в КОСМОС, решил Сноуболл.

Однако вместо полета случилось приземление во что-то мягкое, пушистое, пахнущее снегом и влажной шерстью. Ему стало щекотно, и он отчаянно завертелся в своей шерстяной ловушке.

— Посиди-ка в моей корзинке, Сноуболли, — прозвенело сверху.

Стало быть, я в корзинке Снегурочки, огорченно соображал Сноуболл, а эти шерстяные сугробы – запасные рукавицы Снежного Деда. И это никому лучше не рассказывать, засмеют. Он снова завертелся, подняв облако снежной пыли.

— Да не вертись ты так, растаешь, — раздалось сверху. – Вспомни свою любимую ФИЗИКУ: при трении образуется теплота, а иной раз и ЭЛЕКТРИЧЕСТВО.

Откуда она все знает, в который раз удивился Сноуболл, любивший почитать учебники из Соседского Мира. Потом он услышал, как загудел, перекрывая оживленный гул собравшихся в зале, бас Снежного Деда, требующего посох. А затем в наступившей тишине раздался мягкий умиротворяющий голос Санты:

— Итак, открываем наше, прямо скажем, ЭКСТРЕННОЕ собрание. Многие уже знают, что за прошедший в нашем Снежном Мире год – а значит, за семь лет, пролетевших в Смежном Мире – у Соседских детей набрала силу традиция писать письма Деду Морозу и Санта-Клаусу. Напомню, что Соседи не очень хорошо разбираются в тонкостях нашего мира, точнее говоря, они в него не очень верят.

Санта немного помолчал, и Сноуболл представил, как старик недоуменно потирает нос.

— Впрочем, это неважно, — бодро продолжил Санта. – Важно другое: письма писаны пером, и написали их ДЕТИ. Мы не можем оставить их без ответа. Но и выполнить все пожелания не в состоянии – нас не так много!

Санта снова замолчал. А зал, напротив, загомонил.

— Организовать исполнение Желания не так-то просто, — заглушая гомон, продолжил Санта. – Да, большинство из них материального плана. Но требуется время, а его у нас не так-то много: РОЖДЕСТВО НА НОСУ, как говорят Соседи.

Наступившую паузу заполнил вежливый смех собравшихся в Главном Зале. Повеселевший Санта продолжил:

— У детей Соседей богатая фантазия! Одни КОМПЬЮТЕРЫ чего стоят. А еще АЙФОНЫ и ПЛАНШЕТЫ

— Прошу прощения, АЙФОНЫ и ПЛАНШЕТЫ – это несколько позже, — деликатно заполнила очередную паузу реплика Микулаша.

— Да это неважно, — отмахнулся Санта. – Скажу кратко и прямо: работу с письмами Деду Морозу решено поручить нашим Снежатам. Рождественским эльфам, как зовут их Соседи. Снежата в этом лучше Совета разбираются.

— Объявляю перерыв, — донеслось откуда-то издалека, и Сноуболл понял, что Санта, по своему обыкновению, исчез.

Вокруг сразу заговорили, засмеялись и завозмущались. Корзинку качнуло, над Сноуболлом сверкнула маленькая радуга, и это означало, что содержимое корзинки, включая самого Сноуболла, под невидимой защитой. Это, конечно, высший класс – корзинка в подпространстве, думал повеселевший эльф.

Гомон несколько стих, зато совсем рядом защебетали женские голоса. Наверное, Снегурочка присоединилась к подружкам-феям.

— Я вообще не понимаю, зачем исполнять желания, у ДЕТЕЙ ведь есть РОДИТЕЛИ

— А если РЕБЕНОК попросит слона, билета в цирк будет достаточно?

— В этом году у них в моде ТАМАГОЧИ

— Отстаешь на семь лет.

— Я не виновата, что у них оно так быстро течет!

— Как это просто у Совета выходит: Снежатам маяться с ТЕХНИКОЙ, а сами будут настоящими чудесами заниматься…

— Скажи это Ядвиге.

— Так ей хорошо со своей костяной…

Корзинку снова качнуло. Снегурочка легко выхватила его из вороха рукавиц и на этот раз действительно запустила им в дымоход.

— Извини, Болли… перерыв окончен, — донеслось ему вслед, когда он, миновав все защиты, взлетел в синее небо сверкающим роем снежинок.

Его выдворили на самом интересном месте. Зато сама Снегурочка…

***

…Сама Снегурочка сидела рядом с Дедом и внимательно слушала Микулаша.

— Итак, еще раз повторяю: вы переходите в Смежный Мир все вместе, под руководством Пани Ядвиги…

— Лучше трангрессируем, — нахально перебил кто-то из Снежат.

— Еще раз перебьешь меня – отстраню от Перехода. Работаем парами, каждая пара на своей территории. Только по письмам. По письмам, это ясно? Никаких посторонних Желаний не исполняем. Если какое-либо Желание не удается исполнить, обращаемся к Снегурочке. Возвращаемся через Избу, Пани Ядвига дежурит безотлучно.

— А если останется время, можно попробовать какое-нибудь малюсенькое чудо…

— Ни в коем случае! Никакой самодеятельности.

— Просто заморожу и верну обратно, — вставил Снежный Дед, приподнимая посох.

Сноуболл слушал, как препираются с учителем приятели, и молчал. Снегурочка внимательно посмотрела на него и слегка улыбнулась. В душе Сноуболла запереливался разноцветный фейерверк. Он не отвечал на вопросы друзей, боясь нарушить сияющую волшебную тишину, легким облаком окружавшую его. Потом любопытство победило, и он спросил сидящего рядом Айса:

— А мы тут давно?

— Мы давно, а ты только что возник.

— А Снегурочка?

— С самого начала тут красуется… Видишь, шубку сняла, боится растаять.

— Повторяю для Сноуболла и Айса, — слегка повысил голос Микулаш. – По всем вопросам обращаемся к ответственным, — он кивнул на Снежного Деда и Снегурочку, — или к Пани Ядвиге.

— Это уж дудки, — шепнул Айс.

— А теперь самое интересное, — загадочно улыбнулся Микулаш. Эльфы насторожились.

Микулаш склонился в галантном поклоне перед стремительно распахнувшимися створками главного входа, и в Учебный Зал то ли вбежали, то ли впорхнули феи. Маленькие. На секунду пространство заполнилось чем-то невообразимо суматошным, сверкающим и шелестящим. Но Учитель поднял руку и феи мгновенно замерли, как стайка готовых вспорхнуть ЦВЕТОЧНЫХ БАБОЧЕК.

— Дамы выбирают кавалеров, — торжественно провозгласил Микулаш.

— Это с ними в паре работать? – с ужасом спросил Айс, отступая за спины товарищей и пытаясь утянуть за собой Сноуболла. Но того уже крепко держала за руку феечка по имени Сноу-Фло.

— Привет, Болли, — с улыбкой сказала она.

Он улыбнулся в ответ:

— Привет, Фло!

Айс все отступал и отступал, и в результате оказалось, что он один остался без пары. Микулаш, оглядев своих подопечных, жизнерадостно заявил:

— Вот и славно! А с тобой, Айс, мы займемся наукой. ПОДТЯНЕМ ХВОСТЫ!

Он кивнул Снегурочке, и та звонко скомандовала:

— Прошу следовать за мной!

И Сноуболл, махнув рукой ошарашенному Айсу, вылетел за Снегурочкой в открытое окно.

***

Баба-Яга, которую Микулаш учтиво звал Пани Ядвигой, в Снежном Мире устроилась очень даже комфортно.

Усадив подопечных на пушистый ковер перед камином, она проводила последний напутственный инструктаж, который все уже выучили наизусть. Поэтому Сноуболл слушал Ядвигу вполуха и озирался по сторонам. Вокруг было много предметов и устройств, знакомых по практическим занятиям в Музее Потусторонних Вещей. ТЕЛЕФОН, ТЕЛЕВИЗОР, МОБИЛЬНИК, КОМПЬЮТЕР, мысленно перечислял он, с восхищением разглядывая поблескивающие в отсверках живого огня стеклянные и пластиковые поверхности волшебных предметов, питающихся ЭЛЕКТРИЧЕСТВОМ.

— Сноуболл, повтори, — прервал его размышления голос Яги.

— Ноутбук, — машинально продолжил он и, спохватившись, отчеканил:

— На интересующей нас территории установилась снежная ветреная погода, создающая неблагоприятные условия для перехода…

Благосклонно кивнув, Яга продолжила:

— Служба Снежной Королевы на несколько минут обеспечит благоприятную зону, так что Переход осуществляем коллективно. Все встаем, беремся за руки и не разжимаем их, пока не окажемся в Смежном Мире.

Она взмахнула рукой и Снежата вскочили, образовав вокруг нее замкнутый круг. Сильный порыв ветра знакомо пронизал Сноуболла, вращая круг по часовой стрелке, и в последний миг он краем сознания выхватил невесть откуда взявшегося Айса. Тот врезался в круг, разъединив руки Сноуболла и его соседки слева. Сноуболл крепче сжал правой рукой ладошку Фло и ухватился за ускользающий рукав Айса, превращаясь вместе с ним в бешено вращающийся волчок.

***

Синее небо мерцало слабыми редкими звездами. Сноуболл осторожно высвободил руку из ладошки Фло и приподнялся. Они лежали на заснеженной плоской крыше, утыканной АНТЕННАМИ, а внизу светился разноцветными огнями ГОРОД.

— Какие странные деревья, — задумчиво сказала Фло, рассматривая лес антенн.

Сноуболл усмехнулся, почувствовав себя увереннее рядом с испуганной Фло.

— Это АНТЕННЫ ТЕЛЕВИЗОРОВ… ну и прочих СРЕДСТВ СВЯЗИ, — снисходительно объяснил он и спросил, не слишком надеясь на вразумительный ответ:

— А где Айс?

— Я успела поймать его за руку, но потом не удержала, — виновато сказала Фло.

— Значит, наш круг на миг замкнулся, и мы теперь здесь, а остальные, наверное… еще дома, — предположил Сноуболл.

— Наверное, так, — вздохнула Фло.

— А где Айс? – снова спросил Сноуболл.

— Не знаю, — шепотом ответила фея.

— Должен быть где-то недалеко, — уверенно сказал Сноуболл, испугавшись, что Фло расплачется. – Сейчас найдем его, выполним задание, а там, глядишь, и нас найдут, — весело закончил он.

— А может, нам здесь подождать, пока нас найдут? – спросила Фло, разглядывая незнакомый мир внизу. – Или поискать Избу?

— Каждая секунда нашего мира – это семь секунд здешнего. У нас времени в семь раз больше, чего сидеть-то? Исполним желание и вернемся. Адрес помнишь?

Фло кивнула.

— Ну, давай руку и полетели!

***

Однако, когда они отыскали нужную улицу и дом, уверенности у Сноуболла поубавилось, потому что в доме не оказалось двадцать первой квартиры. Их было всего двадцать! Сноуболл даже на всякий случай заглянул в чердачное окно, но ничего, кроме сломанной мебели и старого хлама, не обнаружил.

— Наверное, в адресе неправильно квартира указана, — печально заключила Фло.

— Или дом.

— Наверное, первоклассник Миша еще плохо считает, — предположила феечка.

— А еще он плохо читает, поэтому написал не ту улицу и не тот город, — поддразнил ее Сноуболл.

— А какой это город? – вдруг спросила Фло.

— Не знаю, — задумчиво сказал Сноуболл.

— А вдруг нас не найдут, и мы не сможем вернуться?

— Останемся тут, — проворчал Сноуболл.

— Нет, я тут не хочу!

— А чем тебе плохо? – поддразнил Сноуболл. – Снегу полно, елки, вон каток с музыкой…

— Так это Новый Год. А потом у них весна.

— У них есть Крайний Север. Там всегда зима. И олени, — просветил Сноуболл подружку.

— Но люди нас не видят и не слышат, — выложила Фло последний аргумент.

— Понятно. Девчонкам только бы болтать, — начал он, но, увидев на лице подружки неподдельную обиду, поспешил сменить тему. – Сейчас найдем твоего первоклассника!

Оставив Фло на чьем-то заснеженном балконе, он начал заглядывать в квартиры, радуясь своей невидимости и возможности потрогать ТЕХНИКУ. А заодно – домашних питомцев, шарахающихся от невесть откуда взявшегося эльфа.

Первоклассника Миши, попросившего у Деда Мороза целый список спортивных принадлежностей, из которого Микулаш вычеркнул все, кроме коньков, в доме не нашлось. В этом доме вообще проживал только один мальчик – Игорь, десяти лет от роду, и сейчас он сидел у окна, несмотря на поздний час.

В последней из квартир в пустой комнате работал ТЕЛЕВИЗОР, а хозяйка что-то готовила на кухне. На экране эльф узрел оживший нарисованный мир. МУЛЬТФИЛЬМ, с восторгом вспомнил эльф. И, не удержавшись, тронул рожки АНТЕННЫ. Изображение пошло рябью, внезапно появились четыре физиономии во весь экран и заорали:

— Айс?!

Сноуболл шарахнулся и, вылетая в окно, услышал разочарованное:

— Не-ет, не Айс…

Люди ищут Айса, потрясенно подумал эльф. Невероятно.

***

— Нашел первоклассника? – встретила его вопросом Фло.

— Нет, но можно поискать в соседних домах, — начал Сноуболл, соображая, как лучше рассказать подружке о странном интересе людей к Айсу. Но Фло уже переключилась:

— Смотри, там внизу девочка на катке. Она замерзла совсем.

 — С чего ты взяла? Она гуляет просто, — Сноуболл не знал, что такое «замерзнуть».

— Нет, я чувствую. Ей грустно и она сейчас будет плакать.

— А девчонки всегда плачут, — неуверенно сказал Сноуболл.

— Летим к ней, — скомандовала Фло, и они исчезли.

***

Игорь никому бы никогда не признался, что не любит ночевать в квартире один. Днем он ничего не боялся, но вечером фантазия разыгрывалась, и становилось неуютно. Иногда он упрашивал отца взять его собой на ночное дежурство, но сегодня это не удалось, потому что в детском отделении горбольницы объявили карантин. К тому же сам Игорь был простужен. Поэтому он сидел дома и бездельничал. Время от времени звонил отец и задавал докторские вопросы: болит или не болит, знобит или не знобит, забыл про лекарство или не забыл. Игорь отвечал: не болит, не знобит, не забыл. Ему почему-то не было ни скучно, ни страшно, хотя начинало темнеть, и мир наполнялся пугающими шорохами и поскрипываниями. Наоборот, было уютно, и спать совсем не хотелось.

Мальчик словно ждал чего-то, сидя у окна, из которого виден был занесенный снегом двор, опустевший каток и угол дома с пожарной лестницей, под которой на старом деревянном ящике сидел белый кот. Интересно, чей это, подумал Игорь. Кот словно почувствовал, что за ним наблюдают, легко спрыгнул с ящика и побежал по протоптанной в снегу тропинке к катку.

Уже совсем стемнело, но дворовый каток был ярко освещен фонарями. На засыпанной снегом скамейке Игорь заметил девочку в белом берете и серой куртке. Кот прыгнул к ней на колени, и они замерли, слились со снежно-белым миром. Игорь почувствовал легкое беспокойство, смешанное с любопытством. Почему она не идет домой, а сидит и мерзнет на пустом катке? Он подумал, не выйти ли ему на улицу. Но тут девочка встрепенулась, кот спрыгнул в снег, а девочка начала, к великому удивлению Игоря, что-то пить из большой белой кружки.

Игорь схватил старый морской бинокль, с которым он играл в морские приключения. И разглядел, что из кружки идет пар. Девочка обернулась, словно почувствовав его взгляд, и Игорь даже отпрянул – так неожиданно близко оказалось ее лицо в бинокулярах.

Девочка что-то сказала поверх дымящейся кружки. Потом кружка уплыла из поля зрения, а девочка стала есть булку, с кем-то разговаривая. Игорь решил, что с котом. Он отложил бинокль и стал ждать, что будет дальше.

А дальше начались чудеса. Девочка принялась лепить снеговиков, и в этом не было бы ничего сверхъестественного, если бы не одна странность: пока она катала снежный шар, рядом сам собой скатывался еще один такой же. Игорь протирал глаза, смотрел в бинокль и без бинокля – все было именно так. Шары катались по снежному полю, как яблочки по тарелочке в мультфильме. Более того, они сами собой собрались воедино. И теперь на катке стояли, прижавшись друг другу, два снеговика: одного слепила девочка, а другой слепился сам.

Игорь снова поднес бинокль к глазам и увидел, что на снеговиках уже появились шапка, шарф и шаль. Один снеговик стал немного похож на старенького Шерлока Холмса, а второй – на закутанную в шаль старушку.

Повалил снег. Огромные снежинки летели вниз, а мир летел вверх, и за белой пеленой ничего нельзя было разглядеть. Игорю очень хотелось выйти на улицу, но отец ведь запретил. Он долго всматривался в летящие снежные хлопья снега, а потом устроился поудобнее в старом кресле и задремал.

Он проснулся от тихого короткого стука в окно. Словно кто-то залепил в стекло мягким снежком. Игорь поднял голову и увидел, что снегопад прекратился. А еще он увидел, как по заснеженному двору шествует Белый Беретик, а за ней, взявшись за руки, — пожилая пара. На старике красовались давешний картуз и клетчатый шарф, а старушка куталась в шерстяную шаль. Игорь поискал взглядом снеговиков, но тех нигде не было видно. Девочкины Бабушка и Дедушка забрали свои вещи?..

Белый Беретик тем временем поравнялась с пожарной лестнице на углу дома, немного постояла, задрав голову, запрыгнула на старый ящик и ловко полезла вверх по лестнице. Но самое удивительное – старушка, подобрав шаль, проделала то же самое. Когда следом за ними проворно двинулся дед, Игорь уже не удивлялся. Крутые у нее бабка с дедом, подумал он.

Игорь долго ждал, когда же веселая компания спустится обратно, но они не показывались. Когда снова повалил густой снег, он забрался под одеяло и спокойно заснул, потому что сегодня совсем не было страшно одному в темной пустой квартире.

***

Девочка сидела на скамейке небольшого, освещенного фонарями катка, засунув руки в карманы куртки. На ее белом берете уже образовался пушистый узор из крупных снежинок.

— Я поговорю с ней, Болли? – тихонько сказала Фло.

— Она же не спит, как ты с ней поговоришь?

— Она засыпает… Смотри, она засыпает! ДЕТИ засыпают, а потом замерзают, нас же учили. Я поговорю с ней во сне, а потом разбужу.

Сноуболл пожал плечами. Он не очень хорошо разбирался в таких вещах. Ему больше нравилась техника Смежного Мира. Вот, к примеру, ХОЛОДИЛЬНИК: это надо же додуматься – кладовка с морозом, маленькое пространство зимы в теплом доме! Нет, мир Смежников полон чудес, это факт.

Девочка тем временем проснулась, и весьма удивилась, увидев сотворенные Фло кружку с горячим какао и булочку. Ну, это я тоже умею, отметил про себя Сноуболл. Девочка взяла кружку обеими руками и стала пить.

— Булочку ешь, — подсказала Фло.

— Спасибо, — на секунду оторвавшись от кружки, ответила девочка. Она явно услышала фею. Спит она еще, что ли?.. Сноуболл подозрительно посмотрел на Фло. Она как ни в чем не бывало улыбалась девочке. Та поставила на скамейку кружку, разломила пополам булочку и протянул половину Фло. Потом посмотрела на сидящего на снегу Сноуболла и улыбнулась:

— Ой, а тебе? – и стала ломать свою половину.

— Да мы не голодные, — махнула рукавичкой Фло.

Мы и не знаем, что такое голод и холод, мысленно изрек Сноуболл. Это у вас в сказках все мерзнут и голодают, а нам хорошо, мы снежные. Вслух он спросил:

— Фло, это еще сон?

Девочка перестала жевать и уставилась на эльфа. Глаза у нее были огромные, светлые, в обрамлении темных ресниц, на которых сияли капельки растаявших снежинок. Она зачем-то сильно ущипнула себя за порозовевшую щеку и радостно заключила:

— Нет, не сон. Вы мне не снитесь… Или снитесь? У меня так бывает, — доверительно улыбнулась она. – Я сейчас… я быстро, вы только не исчезайте! Давайте лепить Бабушку и Дедушку!

Она сорвалась со скамьи и принялась скатывать снежный ком. Фло бросилась ей помогать, крикнув Сноуболлу:

— А ты найди ПОТЕРЯННЫЕ ВЕЩИ для Бабушки и Дедушки!

— Ты что задумала, Фло? Нам же запрещено!

— Это НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК, Болли. Ну пожалуйста!

— Да где я их найду, эти потерянные вещи? Это ДЕТИ все время что-нибудь теряют… А БАБУШКИ и ДЕДУШКИ – они аккуратные!

— Но они бывают забывчивые! Снежный Дед то посох, то рукавицы вечно забывает где-нибудь…

— Зато наказать за самовольство не забудет, — проворчал Сноуболл, взмывая в небо, полное снежных туч.

Когда он вернулся, снеговики уже были готовы.

— Смотри, какие симпатичные, — гордо сказала Фло, принимая из рук Сноуболла старенькие картуз, шарф и шаль.

— Да, неплохо получилось, — согласился Сноуболл, наблюдая, как Фло надевает добытые им вещи на снеговиков.

Фло кивнула, подняла плавно руки и оглянулась на Сноуболла.

— Помогай, Болли.

Повалил густой влажный снег, как будто с неба опустился, струясь, непроницаемый занавес, и словно издалека донеслось изумленно-радостное: «Получилось… Случилось… Лучилось…». И Сноуболл не разобрал, кто это пропел, Фло, или девочка, или они хором. Снежинки ответили тихим звенящим эхом.

Снег падал и падал, а они стояли маленьким живым кругом посреди заснеженного притихшего мира: снежный эльф, снежная фея, снежная Бабушка со снежным дедом и маленькая счастливая девочка.

А потом они прыгали, бегали, скользили по льду, островками проступавшему в снежном море, падали в сугробы, кидались снежками, а когда устали, Фло и Сноуболл повели всех на чердак. И когда проходили по двору, Сноуболл не удержался и бросил снежок в окно мальчика Игоря.

***

Утром позвонил отец и сказал, что забежит пообедать.

— А потом? – поинтересовался Игорь.

— А потом до вечера.

— А почему?

После дежурства отец обычно возвращался рано и был дома весь день.

— А почему вы всегда к новому году заболеваете? – ответил отец вопросом.

— А я уже вылечился!

— Ты, может, и вылечился, посмотрим еще. А отделение забито кашляющими и чихающими.

— Ну хорошо. Лечи этих хлюпиков, — легко согласился Игорь, вспомнив разом все то, что он видел вчера ночью в окно.

Он заварил чай и разогрел вчерашний суп, чтобы отец успел поесть и отдохнуть. Он даже подмел кухню и отчистил сковородку, на которой у отца сгорели сырники, в надежде, что тот разрешит ему выйти во двор. Но отец, хоть и оценил усилия Игоря, коротко сказал:

— Домашний карантин.

— Понятно, — вздохнул Игорь.

Все это время он поглядывал в окно, но необычное семейство не показывалось. Снеговиков тоже не наблюдалось, но, может, их убрал дворник, расчищающий от снега каток? Ддети катались с горки на разноцветных картонках, соседка Лидия Макаровна прошествовала по тропинке в снегу к кормушке для воробьев, за ней потрусили дворовые коты. Белого среди них не было. Все как обычно: Игорь даже усомнился в реальности ночных событий. Может, это ему приснилось – девочка в белом беретике, ее кот, снеговики, странные Бабушка с Дедушкой, забирающиеся зимней ночью на крышу по пожарной лестнице?..

Сразу стало скучно, и он подошел к книжным полкам. Где-то была старая книжка про оживших снеговиков и девочку Лелю, Игорь решил ее перечитать. Он перерыл все полки, но книги не нашел.

— Исчезающая книга, — сказал Игорь в пустоту.

И словно эхо повторило: «Книга… ага…».

Мальчик замер и скорее почувствовал, чем услышал, что в нише, где висят старые пальто, что-то происходит. В той самой нише, которую он в свое время облазал вдоль и поперек вместе с внуком Лидии Макаровны, Вовкой.

Ниша эта находилась в каменном выступе, проходящем по всем этажам. Там, среди зимних пальто и старых костюмов, Игорь однажды обнаружил в задней стенке небольшую дверь, закрытую на засов. Отец потом объяснил, что эта дверь ведет на запасную лестницу, и что открывать ее не надо, там никто не ходит, холодно, пыльно и мыши. Игорь с Вовкой решили устроить экспедицию «Черный ход» в следующий вовкин приезд, а пока Игорь иногда забирался в нишу и прислушивался к тишине черного хода, иногда нарушаемой шорохами или пением ветра где-то на чердаке.

И вот теперь там явно что-то происходило. Какая-то возня; Игорю даже почудился разговор. Он распахнул дверцы ниши, нырнул в море одежды и приник ухом к двери.

И тут же отпрянул, потому что в дверь деликатно постучали.

— Кто? – от неожиданности как-то театрально спросил Игорь.

— Простите за беспокойство, но не могли бы вы позволить нам воспользоваться вашей квартирой, чтобы пройти на улицу? – учтиво попросил мягкий мужской голос.

В голове Игоря мгновенно включились профилактические программки, закачанные отцом, соседкой Лидией Макаровной, учителем ОБЖ и писателями-фантастами.

«Никого не впускать, звонить мне!» – это отец…

«Столько жуликов, Игорек, никому не открывай!» – это Лидия Макаровна…

«Не разговаривайте с незнакомыми людьми, не садитесь в чужие машины, не пускайте в квартиру, звоните в полицию!» — это учитель…

«Не приглашай вампиров войти в дом» — это писатели-фантасты…

— Можно нам войти?  Мы будем очень благодарны, — произнес из-за двери приятный женский голос.

— Мы ваши соседи сверху! – звонко сообщил девчачий голосок, и Игорь сразу решил, что он может принадлежать только Белому Беретику.

— Сейчас открою, — крикнул он, испугавшись, что сейчас она уйдет со своими Бабушкой и Дедушкой по черной лестнице и унесет с собой тайну.

Засов сдвинулся со скрежетом, и дверь, легонько скрипнув, отворилась. Игорь увидел девочку на площадке железной лестницы, слегка освещенной падающим сверху снопиком солнечного света. Она смотрела на него из-под берета и светлой челки большими темными глазами. За девочкой чинно стояли Снеговики – так окрестил Игорь Бабушку и деда Белого Беретика. Он посторонился, сдвигая в угол пальто, и гости вошли в комнату.

Некоторое время они стояли и смотрели на Игоря, слегка щурясь после темноты, а Игорь рассматривал их. Девочка была тоненькая, бледненькая и глазастая, но глаза оказались не темные, как показалось ему в полутьме черного хода, а светлые, с длинными ресницами и сиреневыми тенями под ними. Папа бы заставил ее пить витамины, подумал Игорь. А вот Бабушка и Дедушка были хоть куда. Круглолицые, белоснежно-седые, с веселыми голубыми глазами, румяные. У деда даже нос был румяно-розовый. Они были похожи друг на друга, как счастливо прожившая жизнь пара – Игорь где-то такое слышал, наверное, от Лидии Макаровны.

— Ты нас извини за беспокойство, — начал разговор дед, — просто по пожарной лестнице в нашем возрасте не очень удобно…

— И неприлично, — добавила Бабушка радостно. – Мы же порядочные люди, и у нас внучка!

На бомжей они совсем не похожи, решил Игорь. Но с Лидией Макаровной им лучше не встречаться.

— Может, чаю?

— Нет, нет, мы пойдем, — замотала головой девочка, — ты нам дверь открой, пожалуйста.

И семейство, вежливо улыбаясь, прошествовало за Игорем в прихожую.

— А обратно вы как? – спросил Игорь, открывая им дверь на лестничную площадку.

— А обратно по пожарной! – бодро сказал дед.

Наверное, обратно они будут возвращаться поздно… впрочем, зимой темнеет рано. Пять вечера – уже темно.

Игорь вернулся к нише, аккуратно расправил пальто на вешалках и, услышав стук в дверь, опрометью бросился в коридор. В глазке маячили одноклассницы.

— Вам чего? – не очень приветливо спросил он.

— Игорь, поздравляем тебя с новым годом, — бойко начала одна из них, кажется, Таня.

— Мы подарок принесли, — перебила другая и подняла повыше сверкающий пакет.

— У меня ключа нет, — соврал Игорь.

— А куда подарок? – спросили девчонки хором.

— Возьмите себе, — разрешил Игорь. Девчонки переглянулись и засмеялись. Игорь терпеть не мог эти переглядки и пересмешки.

— Ты что, не пустишь нас? – спросила Таня.

— Ключа нет, — повторил Игорь. Девчонки снова залились смехом. Дуры, решил Игорь, отходя от двери. И сразу забыл о них. Посреди комнаты сидел белоснежный пушистый кот и смотрел на Игоря голубыми глазами.

— Ты откуда здесь? – спросил Игорь растерянно. Кот беззвучно мяукнул, развернулся и прошествовал к нише. Потом оглянулся на Игоря.

— Ты, наверное, тоже с чердака? – предположил Игорь. Раздвинув вешалки с одеждой, приоткрыл дверь на лестницу. Кот скользнул в полумрак, а Игорь, схватив первую попавшуюся куртку, двинулся за ним.

Чердак освещался пробивающимся сквозь запыленные окошки зимним светом. Кот перепрыгнул через трубу с вентилем, подбежал к двери в дощатой стенке, отгораживающей часть чердака, оглянулся на Игоря и снова мяукнул. Отодвинув щеколду, мальчик осторожно отворил дверь.

В ярком солнечном свете, бьющем прямо в глаза из окна с полукруглой аркой, он с изумлением увидел стол с белой скатертью, стулья с яркими подушками на сиденьях, кресло и диван с пушистым пледом. Раздался мелодичный звон – словно колокольчики выводили мелодию, полную тихого смеха и радостных возгласов, и Игорь увидел на стене старинные часы с медным сияющим маятником. Маятник плавно качнулся, голова слегка закружилась, и Игорь крепко зажмурился, а когда распахнул глаза – увидел небольшое помещение, заваленное пыльным хламом. Окно с аркой Игорь узнал. Его было видно со двора. Колченогий стол с поломанными стульями,  старое кресло и диван с торчащей пружиной тоже присутствовали. В углу стояли прислоненные к стене часы с неподвижным маятником.

Игорь подошел к окну и глянул вниз. Во дворе все было как обычно: малыши катались с горки, вездесущая Лидия Макаровна кормила котов. Он снова оглядел каморку и и заметил в углу дивана небольшой джинсовый рюкзачок. Игорь не любил людей, которые без спросу роются в чужих вещах. Однако рюкзачок был раскрыт, даже как-то приветливо распахнут, и оттуда торчала знакомая потрепанная книжка.

— Исчезающая книга, — тихо сказал Игорь, вытаскивая ее из рюкзачка.

Из книги выпала на диван школьная тетрадь и распахнулась на середине. Игорь присел рядом и начал читать.

НОВОГОДНИЙ ПОДАРОК

СОЧИНЕНИЕ

Сегодня утром приехали Дед Мороз и Снегурка. Все побежали в зал, а я пошла в столовую проведать волшебное окно. Оно совсем замерзло, и получился еловый лес со звездами. «Красивый лес», — сказал кто-то тихо и звонко, как колокольчик. Я обернулась и увидела Снегурочку, но не ту, которая кричала в зале, а настоящую. Красивую и добрую. Она сказала, что дети пишут письма Деду Морозу, и спросила, какой подарок хочу я. И я сказала. Снегурочка сразу стала грустной, потому что просить надо игрушку или книгу, а Бабушку и Дедушку никто подарить не может. А потом она улыбнулась, так, что все вокруг засверкало и зазвенело. «Посмотри в окно», — сказала Снегурочка. Я посмотрела и увидела среди серебряных ветвей эльфов в красных шапочках и снежную поляну с двумя снеговиками. Поляна превратилась в каток, а снеговики в Бабушку и Дедушку. Они катались на коньках и махали мне руками, а эльф слепил снежок и бросил прямо в меня. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, в окне никого не было, Снегурочки тоже не было, а на полу лежал рассыпавшийся снег.

 Игорь закрыл тетрадь. На обложке было написано красивыми буквами:

СНЕЖАНА Н.

Он вложил тетрадку обратно в книгу и некоторое время сидел в задумчивости, глядя на улегшегося рядом кота. События, описанные в сочинении Снежаны, и то, что он наблюдал накануне, переплетались, образуя причудливый узор. То, что видел он в свое окно, прежде отразилось в окне дома, где жила Снежана. Дом с волшебными окнами, вспомнилась ему слышанная когда-то сказка, Бабушка Кукла и Дедушка Мяч…

Он положил книгу на прежнее место, погладил кота и спустился домой.

До прихода отца Игорь успел отнести на чердак пачку печенья, пакет молока и школьный новогодний подарок, который вручила ему Лидия Макаровна, сообщив ему, какие хорошие девочки учатся в его классе. Молоко он налил в блюдечко и долго звал кота, но тот куда-то запропастился. Книги на диване тоже не оказалось. Исчезающая книга, исчезающий кот, весело подумал Игорь. Он уже привык к ПОЛУЧУДЕСАМ, творящимся вокруг.

Вернувшись с работы, усталый отец рано лег спать, а Игорь долго караулил у окна возвращения чердачного семейства, но не дождался. Он не беспокоился, потому что был уверен, что они обязательно объявятся.

***

Они объявились утром, как только отец исчез за дверью.

Первой спустилась девочка. Она протянула Игорю исчезающую книгу и пояснила:

— Это Сноуболл брал почитать.

— А кто это? – спросил Игорь.

— Снежный эльф, — гордо сказала Снежана. И предложила:

— Хочешь сегодня с нами погулять?

— Отец не разрешает, у меня горло болит.

Никогда бы он не признался в этом никому из девчонок, а Снежане сказал легко и спокойно. Девочка внимательно посмотрела на него, потом, слегка отвернувшись в сторону, что-то быстро произнесла. Снова взглянув на Игоря, спросила:

— И сейчас болит?

— Нет…

— Ну так одевайся и пошли.

Пока Игорь одевался, спустились снеговики. Веселой компанией они все вывалились из подъезда и столкнулись с Лидией Макаровной, которая тут же учинила допрос снеговикам. Кто они да откуда?.. Те жизнерадостно сообщили, что живут на Севере, приехали на праздники к любимой внучке, остановились на чердаке и вот сейчас пойдут с ребятами гулять и есть мороженое, потому что нет ничего полезнее мороженого из свежего рождественского снега: дети от него растут, здоровеют и хорошо учатся в школе. Лидия Макаровна, к величайшему изумлению Игоря, охотно согласилась с ними и пожелала им приятной прогулки.

— Что это с ней? – озабоченно заметил Игорь.

Снежана объяснила:

— Это эльфы постарались, не волнуйся.

— Спасибо, — сказал Игорь в пространство и поинтересовался:

— Они меня слышат?

— Ну конечно. И видят!

— А ты их видишь?

— Да. Их зовут Сноуболл и Фло. Они как обычные дети. Только умеют чудеса. Правда? – сказала она куда-то в морозный воздух и добавила, глянув на Игоря. – Они сказали, что это правда.

— Я тоже так думаю, — согласился Игорь, глядя в светлые глаза девочки.

Хотя, если честно, он вообще ни о чем не хотел думать. Ему было весело, остальное – неважно.

Они веселой гурьбой – Игорь уже привык, что их больше, чем видят люди, – отправились гулять по городским улицам, любуясь украшенными к праздникам витринами магазинов и кафе, заглядывая в скверы с наряженными елками. Увидев каток, где играла музыка, Снежана вздохнула:

— А я не умею кататься. Да и коньков нет.

И Дедушка тут же протянул ей коньки, новые, блестящие, как раз по размеру. Откуда он их взял, удивился Игорь. А дед уже протягивал ему такие же. Бабушка извлекла из своей корзинки две пары шерстяных носков с оленями и заставила детей надеть их. Пока Игорь помогал Снежане шнуровать ботинки, дед оказался на льду и весело покатил, махая им руками. Без коньков оказалась только Бабушка. Она уселась на скамейку. Прямо из воздуха, полного снежной пыли, вытянула пушистую нить и принялась сматывать снежки в шерстяные моточки. Игорь заметил, как один из них упал в сугроб и рассыпался.

Снежана быстро научилась кататься. Игорь даже удивился. А она загадочно улыбалась, пока Игорь не догадался: ее подддерживали эльфы, не давая упасть.

Обещанное мороженое они попробовали, когда устали и уселись на скамейку рядом с Бабушкой. Старушка достала из корзинки детский совочек для песка и вафельные стаканчики, и подойдя к сугробу, ловко наполнила их чистым снегом. Как же это есть, это же снег, подумал Игорь. Но в стаканчике оказалось самое настоящее сливочное мороженое. Потом прямо из морозного воздуха возникла плетеная корзинка и плавно опустилась на скамью. Под салфеткой с вышитым на ней «Кондитерская Пани Ядвиги» оказались пирожные с кремом и вишней.

— А я тоже умею! – сказал, подкатывая к ним, дед. И по скамейке забарабанили горячие булочки, обсыпанные сахарной пудрой с корицей.

— Ты чего расхулиганился? – укорила Бабушка и увернулась от булочки.

— Лови их, лови! – веселился дед, подставляя картуз.

Игорь забеспокоился, не вызовут ли эти кулинарные чудеса нездорового интереса окружающих. Но взрослые ничего не замечали, а дети смотрели с восторгом и ничему не удивлялись. Только какая-то девочка лет шести, пробегая мимо, сказала маме:

— Я тоже хочу летающее пирожное.

— Хорошо, зайдем в кафе, — пообещала мама, отрываясь от телефона.

— Я хочу летающее пирожное, — повторила девочка. – Которое летает в корзинке.

— Так не бывает, — сказала мама.

***

Когда они возвратились, отец стоял на крыльце подъезда, а рядом что-то энергично вещала Лидия Макаровна.

— А вот! Вот они. Жалко, что Вову моего не привезли на каникулы, он бы с ними гулял, — без остановки шпарила она. Отец слушал, задумчиво приподняв бровь.

— Здравствуйте, Лидия Макаровна и Евгений Владимирович, — чинно поздоровались снеговики. Они весь день заучивали эти имена.

— Здравствуйте, уважаемые, — сказал отец, внимательно разглядывая стариков. – Как вас по имени-отчеству, позвольте узнать?

Парочка на секунду замерла в замешательстве, а потом снеговик, просияв ослепительной улыбкой, протянул отцу руку и представился:

— Дедушка Снежаны.

Он чуть склонил голову и добавил:

— Просто Дедушка.

Потом обернулся к Бабушке и представил ее:

— А это – Бабушка Снежаны.

— Просто Бабушка? – уточнил отец.

— Просто Бабушка, — радостным хором ответили снеговики и незаметно взялись за руки.

— Ну, пройдемте, — распахнул отец дверь подъезда, словно приглашая пациентов в свой кабинет. И старики, заметно оробев, шагнули за ним. Дети, чуть отстав от взрослых, двинулись следом.

— Твой папа врач? – тихо спросила Снежана.

— Да, а что?

— Сноуболл и Фло боятся врачей. Они улетели, — объяснила девочка.

— А чего это эльфы боятся врачей? Разве они болеют?

— Нет, что ты! Просто Сноуболл очень любит читать наши книги. Ну и начитался про прививки и зубных. Теперь боится и Фло напугал.

Они поднимались все медленнее и медленнее, и Игорь начал догадываться, почему.

— Ты тоже боишься врачей.

— Ну да. Я же не разговариваю.

— Как это – не разговариваешь? А сейчас ты что делаешь? – удивился Игорь.

— Так это я с тобой разговариваю. С Бабушкой и Дедушкой, с эльфами… а вообще я в основном молчу.

— Я тоже неразговорчивый.

— Нет, я вообще почти всегда молчу, понимаешь?

Игорь не понимал. Девчонки, конечно, болтушки, Снежана гораздо меньше болтает, так ведь это же хорошо? Они добрели до квартиры и остановились в дверях. Из прихожей было видно: снеговики сидели за столом, а отец ходил по комнате и бубнил:

— Значит, проживаете в хорошо оборудованной мансарде… и ходите через нашу квартиру для удобства…

— Именно так, — поддакивали снеговики.

— Ну, давайте посмотрим на ваши апартаменты, если не возражаете, — сказал отец докторским голосом и распахнул нишу. Вытащив вешалки с одеждой, он отворил дверь на лестницу черного хода и сделал приглашающий жест:

— Прошу!

И, пропустив снеговиков вперед, исчез в темном проеме.

Сейчас увидит «хорошо оборудованную мансарду», подумал Игорь. Не ожидая от этого визита ничего хорошего, он полез за отцом, а Снежана – за ним. Спотыкаясь в потемках, они добрались до чердака, и в распахнутую дверь деревянной каморки увидели то, что примерещилось Игорю в первое посещение: чистую светлую комнату со старинной мебелью, шторами, цветочными горшками у окна с аркой – и даже с камином в углу!

Отец прошелся по комнате, которая внутри выглядела гораздо больше, чем снаружи, пощупал горячую трубу парового отопления, выходящую из чердачного пола и ныряющую в стену, рассеянно погладил белоснежного кота, спрыгнувшего откуда-то из воздуха, как показалось Игорю, и кивнул:

— Ну, хорошо… Рад буду помочь чем смогу. Обращайтесь.

Снежана, крепко держа Игоря за рукав, шепнула ему в ухо:

— Они вернулись, они снова тут.

***

Нагулявшись, Игорь рано уснул и крепко спал до полудня. Отец был дома, сидел за столом, читал газету. На столе стояли тарелки и сковорода с омлетом. Игорь подошел и деловито поинтересовался:

— Горло смотреть будешь?

— Ну показывай, — встрепенулся отец, отрываясь от газет. Игорь открыл рот и сказал: «Эээ». По лицу отца он понял, что с горлом все в порядке.

— Мороженое ел?

— Ел, — честно ответил Игорь. Отец хмыкнул и, отложив в сторону газету, откинулся на спинку стула:

— Давай, рубай омлет и докладывай.

— А чего докладывать, — попробовал схитрить Игорь. – Ты и сам уже все знаешь.

Однако отец уже вошел в режим доктора, которому надо поставить диагноз пациенту со странными симптомами. И засыпал Игоря вопросами. «Прямо как в песенке про Элис, — подумал Игорь. – А что это за девочка, а где она живет, а вдруг она однажды возьмет да и придет, а с нею будет Бабушка, а с нею будет дед, и пара снежных эльфов – а документов нет!».

— Игорь, — окликнул его отец. – Ну ты можешь толком объяснить, откуда Снежана взялась?

— Ну как тебе сказать… Она живет в детском доме. Ноу  нее как раз нашлись Бабушка и дед…

— Которые живут на крыше, — иронично закончил отец.

— Не на крыше, а в мансарде. Ты же сам видел. Очень уютно…

— Ну, допустим, это так, хотя непонятно, каким образом они этот свой евроремонт в стиле ретро отгрохали. Как вообще они туда попали? Дверь с улицы на лестницу черного хода забита наглухо!

— А по пожарной, — брякнул Игорь.

— Старики-то? По пожарной?

— А они… циркачи, — вдруг осенило Игоря. – Они и фокусы могут показать.

— Какие именно? – насторожился отец.

— Ну, например, мы пришли на каток, а коньки Дедушка из-за спины достал, и прямо наших размеров.

Про мороженое из снега Игорь решил промолчать.

— Понятно, — сказал отец. – Короче, если они ее родные Бабушка и дед, проблем нет. Хотя неясностей много. В любом случае, ты обязан держать меня в курсе. Я должен знать, где вы и чем занимаетесь… И все-таки, как можно переправить столько вещей на чердак незаметно для жильцов?..

— Может, Лидия Макаровна знает, — хихикнул Игорь.

— Да она странная какая-то была вчера, — озабоченно заметил отец. – Надо бы к ней зайти.

В дверь черного хода деликатно стукнули. Игорь, вопросительно глянув на отца, отодвинул засов и впустил чердачное семейство.

— Мы идем гулять в парк, — сообщил дед. – Вы позволите Игорю пойти с нами?

— Провизию мы взяли, — показала Бабушка корзинку, накрытую платком. – А это вам, Женя.

Она вытащила парочку румяных пирожков и протянула их отцу. И Игорь увидел, как отец, улыбнувшись какой-то мальчишеской рассеянной улыбкой, вдохнул запах пирожков и тихонько сказал:

— Как в детстве.

Снежана, с молчаливым вниманием наблюдавшая за ними, вдруг метнулась в прихожую и вернулась с шапкой и шарфом отца. Тот удивленно взял их из ее рук и глянул на Игоря.

— Она приглашает тебя погулять с нами, — сказал Игорь.

— А что, — весело ответил отец. – Я, пожалуй, прогуляюсь.

***

На пригородной электричке они доехали до станции, за которой начинался зимний лес, и по протоптанной в сугробах тропинке дошли до заснеженного детского летнего лагеря. Долго гуляли среди домиков, спящих под снегом, завалившим крыши и крылечки, катались на скрипучей карусели, кормили белок орехами, припасенными запасливой, как те белки, Бабушкой. И самым неугомонным оказался отец. Он дурачился, смешил ребят и снеговиков, и покорил даже эльфов, которые боялись человеческих докторов, о чем сообщила Игорю Снежана.

— А твой папа часто бывает такой веселый? – спросила она Игоря на обратном пути.

— Нет, — честно ответил Игорь.

Девочка кивнула и больше ни о чем не спрашивала.

Дома снеговики пригласили Игоря с отцом на обед. Игорь поднялся на чердак первым и с интересом наблюдал, как Бабушка и внучка накрывают на стол. Снежана расставляла тарелки медленно и аккуратно, а у старушки посуда летала как у жонглера в цирке. Игорь с трудом мог проследить замысловатые траектории сахарниц и чайников. Приоткрыв створку окна, Бабушка нагребла с карниза целую кастрюлю чистого снега, немного отсыпала в сахарницу, чуть-чуть сыпанула в солонку. Большой деревянной ложкой размешала снежную горсть в миске, достала из появившегося в их отсутствие буфета начищенную до золотого блеска сковороду и плеснула на нее ложкой белую густую жидкость. Та с шипением превратилась в кружевной румяный блин. Бабушка ловко отправила блин на блюдо.

— Этот покрошите снегирям во дворе, — велела она детям, продолжая печь блины и складывая их в быстро растущую стопку. – А теперь заворачивайте в блины начинку.

Бабушка протянула Игорю кастрюльку со снегом. Он заглянул и увидел рассыпчатый творог.

Остатки снежного творога Бабушка хорошенько взболтала, достала из корзинки свой снежный клубок, шустро накрошила горстку коротеньких ниточек и забросила в булькающую кастрюлю.

— Молочный суп с вермишелью! – неожиданно для Игоря обрадовалась Снежана, заглянув под крышку.

Обед понравился всем, особенно отцу, которому выдался случай отдохнуть от кормежки сына. Он долго благодарил стариков и с удовольствием согласился поиграть в старинную игру лото.

А к вечеру у отца вдруг поднялась температура и запершило горло.

— Женечка, вы простудились, — захлопотала Бабушка. – Сейчас выпьете горячего молока с медом, и в постель.

— Да не мог я простудиться, я уже сто лет не болел! – упирался отец. – У меня иммунитет, я в детском отделении работаю.

Однако Бабушка была непреклонна. Отца увели домой, уложили, укрыли одеялом и напоили молоком.

— Маску мне дайте, — беспомощно требовал он. – Чтобы никого не заразить!

— Не надо никаких масок, зачем детей пугать! Пусть дети ночуют в мансарде, а мы с дедом по очереди с тобой посидим.

— Да зачем со мной сидеть, я же врач, — отбивался отец.

— Знаем, знаем, — кивала Бабушка, — а я тебе сказку расскажу, к утру поправишься.

— Лучше не спорь, папа, — посоветовал Игорь.

— Да, — поддакнул Дедушка, — ее не переспоришь.

— Мне кажется, твой папа сегодня вернулся в детство, поэтому и простудился как ребенок, — задумчиво заметила Снежана, когда они устроились на диване. Кот запрыгнул к ним и свернулся клубком рядом с девочкой.

— Наверное, — согласился Игорь. Ему очень хотелось побольше узнать об эльфах. Но, пока он придумывал, как бы поделикатней расспросить молчаливую Снежану, пришел Дедушка и достал из-за буфета раскладушку. Совершенно непонятно было, как она там умещалась. Но Игорь давно заметил, что пространство мансарды не совпадает с реальным чердачным объемом. И вещи в нем могли появляться по мере надобности и так же неожиданно исчезать. А потом явилась Бабушка, постелила на диван хрустящее, морозно-чистое белье и уложила детей спать. И как только голова Игоря коснулась мягкой, как снег подушки, он тут же заснул. Потому что спорить с Бабушкой в самом деле было бесполезно.

***

Утром отец проснулся вполне здоровым и засобирался на работу.

Бабушка суетилась у него на кухне, хлопая дверцей холодильника и звеня посудой. Вскоре она пригласила всех завтракать.

— А откуда это изобилие? – поинтересовался отец, принимаясь за еду.

— Из лесу, вестимо, — добродушно пошутил Дедушка, поливая оладьи брусничным сиропом и подвигая их отцу. Сами снеговики ничего не ели, каждый раз уверяя, что уже успели подкрепиться.

— Где это ты в лесу такое пробовал? – неожиданно обиделась Бабушка. – Не слушайте его, это все холодильник «Бирюса».

— Холодильники – это по ее части, — подмигнул синим глазом Дед, включая телевизор.

— Чудесный холодильник, — продолжала старушка. – И накормит, и напоит, и порадует.

Игорь засмеялся, а Снежана закивала головой и обняла Бабушку. В присутствии отца она помалкивала. Но, когда Дед включил телевизор, вдруг громко заявила, глядя на экран:

— Это просто реклама леденцов мятных, не надо бояться.

— А кто боится? – сразу перестав жевать и внимательно глядя на девочку, заинтересовался отец.

— Никто не боится, — успокоил Игорь отца. – Она же шутит.

— А в школу Снежана ходит? – неожиданно спросил отец. Девочка уткнулась в Бабушкину шаль и затаилась, а в ясных голубых глазах старушки отразилась легкая укоризна.

— Айс?! – гаркнул телевизор.

И Дед, вполне освоившийся с техникой, быстро переключил канал, бормоча себе под нос:

— Да никогда им Айса не поймать…

— Папа, — громко сказал Игорь. – У нас всеобщее среднее образование. А сейчас каникулы, и мы активно отдыхаем, как советуют врачи.

— Хорошо, отдыхайте, — согласился отец. – Потом поговорим.

Накинув куртку, он двинулся к дверям, но был перехвачен Бабушкой. Она заставила его надеть шапку и шарф.

— Какой трудный мальчик, — вздохнула она, глядя в окно на бегущего по снежной дорожке отца.

— Какой он тебе мальчик, — возразил Дед. – Он отец-молодец.

И скомандовал весело:

— Собирайтесь! Мы идем в парк на Предновогодний Утренник.

***

В парк они добрались к полудню,  и он уже был полон детворы с родителями, Бабушками и Дедушками, а также школьников. Все вокруг было ярким и отчетливым. Игорь увидел несколько знакомых ребят, но постарался не попадаться им на глаза. Снежана тоже выглядела необыкновенно. В ее радостно распахнутных глазах скользили сияющие отражения изумрудных елок, голубого неба, сиреневых сугробов, и это сияние словно переливалось через край и выплескивалось в пространство разноцветными кляксами. Таких девчонок Игорь еще никогда не видал. Снежана заметила его замешательство и улыбнулась озорной улыбкой.

— Эльфы говорят, что Предновогодний Утренник бывает раз в семь лет, и попасть на него можно только один раз в жизни.

— А что они еще говорят? – спросил Игорь, наблюдая, как снеговики, взявшись за руки, гуляют по аллее парка.

— Они беспокоятся, что их увидят вон те товарищи, — девочка кивнула на деревянную высокую сцену среди заснеженных елок. Там Дед Мороз басил сквозь густую белую бороду, перекрывая музыку и смех:

— Ну-ка, взрослые и дети, кто быстрее всех ответит на веселые вопросы в микрофон Деда Мороза? Кто исполнить хочет песню, можно соло, можно вместе! Можно громко стих прочесть – у меня подарки есть!

Он повернулся к барышне в голубом наряде:

— Правда, Снегурочка?

— Ну уж нет, — перебила его Баба Яга, невесть откуда взявшаяся на сцене. И застучала клюкой по дощатому настилу. – Сначала посчитаем, кто сколько добрых дел сделал за семь лет. И кто недобрых дел понаделал, тоже свой подарок получит.

И она расхохоталась, потрясая своим мешком, так, что эхо зазвенело в верхушках елей, а с веток посыпался снег.

— Ничего себе акустика, — восхитился Игорь.

Снежана, слегка склонив голову, сказала куда-то в сторону:

— Вы не бойтесь, это же артисты. Они к нам приезжали.

— А чего они боятся? – поинтересовался Игорь.

— Они хотят встретить Новый Год с нами. И Айса найти. А их могут отправить обратно.

— Обратно – это куда? – Игорь не понял.

— В Снежный Мир, конечно. Домой.

— А это точно артисты? – засомневался Игорь, глядя на Бабу-Ягу.

— Точно, я Снегурку эту помню.

— А что у них в мешках?

— У Деда Мороза – конфеты и игрушки. У Бабы-Яги… хлопушки какие-нибудь, — фыркнула Снежана, оглядываясь по сторонам. Видимо, эльфы все-таки куда-то спрятались.

На сцене тем временем царило веселье. Дети поднимались по дощатой лесенке, пели песни, отгадывали загадки и получали подарки. Причем мешок Бабы-Яги занимал их гораздо больше, чем дедморозовский. Снежана пробралась ближе к сцене, Игорь решил не отставать. Он заметил, что Дед Мороз явно нервничает и о чем-то вполголоса переговаривается со Снегуркой. Однако их заглушал треск хлопушек Бабы-Яги. Одна из них жахнула рядом, и Игорь увидел, как в рое разноцветного конфетти возникла нарядная кукла и плавно опустилась в руки радостно ойкнувшей малышки. Игрушки возникали в пространстве на глазах потрясенных взрослых, и дети просто брали их из воздуха.

— Какие дорогие подарки, — озабоченно сказала женщина рядом с Игорем. – Откуда все это?

— Да спонсоры какие-нибудь, — ответила другая.

Снегурка на сцене поправила искусственную косу и попыталась оттеснить Бабу-Ягу, громко хлопая в ладоши.

— Дети, давайте проводим Бабу-Ягу! Ей пора домой, в избушку на курьих ножках.

— Ты сама сейчас пойдешь домой на курьих ножках, — огрызнулась Баба-Яга и хорошо поставленным голосом объявила:

— А теперь те, кто постарше, могут принять участие в конкурсе на самого честного и бескорыстного!

— А призы будут? – проорали за спиной Игоря. Он узнал голос мальчишки из своей школы, по прозвищу Покемон.

— И эти тут, — неприязненно подумал Игорь, оглядываясь на нахальную компанию.

— А как же, — гаркнула Баба-Яга. – Гаджет новейший устроит?

Вокруг стало тише. Все слушали. Покемон неуверенно улыбался, пихая товарищей как на уроке в ожидании подсказки. Он встретился взглядом с Игорем и прошипел:

— Эй, ботаник, чего это такое?

— Гаджет – это то, без чего в ближайшем будущем нельзя будет добиться уважения товарищей, — назидательно произнесла Баба-Яга, глядя на Покемона пронзительно-синими глазами.

— А мобильник можно? – спросил Покемон.

— Да уж не смартфон, — непонятно буркнула Баба-Яга. – Давай, милок, поднимайся на сцену-то.

— Не, — замотал головой Покемон. – Сначала пусть младшие.

И он буквально запихнул на сцену рыжего хулиганистого пятиклашку, известного всей школе своим невыносимым характером. Однако сейчас, стоя на сцене, пятиклассник оробел.

— Ну-с, — начала Баба-Яга строгим учительским тоном, отчего рыжий слегка попятился, — расскажи нам честно о своих хороших делах и назови свое бескорыстное желание.

Пятиклашка хлопал рыжими ресницами и молчал.

— Хорошо учился, — зашипел снизу Покемон.

— Хорошо учился, — ухмыльнулся пятиклашка. – Помогал родителям… принимал участие в генеральной уборке школы, — повторял он за Покемоном. – Бескорыстно хочу мобильник и игровую приставку.

— Сейчас посмотрим, — сказала Баба-Яга, оттесняя Снегурку, время от времени пытавшуюся что-то сказать. Почему-то у Снегурки получалось что-то вроде «ко-ко-ко». Она испуганно прикрывала рот рукой и оглядывалась на Деда Мороза, который пытался дозвониться куда-то по мобильному телефону.

— Три, два, один… пуск! – скомандовала Баба-Яга, и над сценой возник школьный коридор в процессе уборки. Девчонки и мальчишки с ведрами и тряпками мыли пол и стены. Рыжий пятиклассник опрокинул чье-то ведро и беззвучно захохотал. Увернувшись от тряпки рассерженной девочки, он выплюнул на пол жевательную резинку. Видение, как в кино, меняло ракурс, переходя от панорамы к крупному плану – показывало пятиклассника во всей красе.

Наверное, голограмма, подумал Игорь. Только где же аппаратура?

— Так-так, — довольно сказала Баба-Яга, — ну, получай заслуженный подарок!

— Не надо, — замотал головой рыжий, пытаясь оторвать ноги от сцены.

Примерз он, что ли, размышлял Игорь, косясь на Снежану. Она стояла рядом тихая и грустная.

— Я не заслужил, — самокритично отказывался пятиклашка. Но Бага-Яга дернула за шнурок хлопушки, и град скомканных бумажек, комков жевательной резинки, сигаретных окурков взвился в воздух и забарабанил по сцене. В руках нерадивого школьника оказалась швабра, он наконец оторвал ноги от пола и шагнул прямо в виртуальный школьный коридор, ловко орудуя шваброй.

— Ух ты, — прокатилось в толпе. И стало тихо.  Только где-то стучал дятел.

И в это время к месту действия с двух сторон подкатили милицейская машина и карета с тройкой белоснежных лошадей.

— Всем оставаться на местах, — весело приказал молодой милиционер, выпрыгнувший из машины. Следом за ним вышел его напарник. А по ступенькам кареты спустился элегантный мужчина в длинном плаще с меховой опушкой, с приятной улыбкой на лице:

— Я тоже попрошу всех ОСТАВАТЬСЯ НА МЕСТАХ.

Молодая женщина, стоящая рядом с Игорем, потянула к себе дочку, и Игорь услышал, как девочка тихо сказала:

— Мама, у меня сапожки приклеились.

Игорь попробовал поднять ногу и не смог. Ботинок словно врос в снег.

— Вот блин, — услышал он испуганное шипение Покемона. – Кроссовки примерзли…

Веселый милиционер, судя по странным телодвижениям и растерянной улыбке, тоже не мог сдвинуться с места. Его напарник сел в снег и безуспешно пытался оторвать ботинок от снежного наста. Обеими руками.

Прибывший в карете незнакомец подошел к ступенькам сцены и подал руку в перчатке Бабе-Яге. Та величественно спустилась вниз, сбросила в снег убогий тулупчик и платок, встряхнула белоснежно-седой копной волос и оказалась весьма интересной, хорошо одетой дамой.

— Нам пора, Пани Ядвига, — негромко сказал незнакомец, подставляя даме локоть. Они неспешно прошествовали мимо потрясенных взрослых и счастливых детей к карете. Незнакомец распахнул перед своей спутницей дверь, но Пани Ядвига остановилась и, обернувшись, посмотрела прямо на Снежану.

— Ну а ты что пожелаешь? – спросила она.

Игорь, уже привыкший отвечать за девочку, выпалил:

— Чтобы снежные эльфы встретили Новый Год с нами!

— Ты тоже этого хочешь? – спросила Баба-Яга, взглянув на Игоря.

— Да, конечно.

Пани Ядвига посмотрела на своего спутника, потом снова на ребят, и благосклонно кивнула:

— Будет так.

— А ко-ко-ко… а кок же я? – закудахтала со сцены Снегурка. Она приподняла подол юбки и помахала в воздухе куриной лапой.

— К вечеру пройдет, — отмахнулась пани Ядвига. – Но Снегурочкой никогда больше не обряжайся. Не твоя роль.

Она легко поднялась в карету и укатила в сопровождении своего спутника, только снежный вихрь взметнулся из-под копыт лошадок.

— А что это было? – прозвучал в тишине одинокий голос.

— Интерактивное шоу в формате 3D, — бодро отрапортовал веселый милиционер, пританцовывая на месте, словно боялся снова примерзнуть.

— А что такое формат 3D? – дотошно допытывался голос.

— Не могу знать, — ответил страж порядка, направляясь к сцене.

— Предъявите ваши документы, — обратился он к Деду Морозу и Снегурке, торопливо снимающей голубой балахон и парик с белокурой косой.

— Бежим, — шепнула Снежана, дернув Игоря за рукав.

Они пробрались сквозь толпу и побежали к аллее. Но им преградил путь напарник веселого милиционера.

— А ну-ка, ребята, задержимся до выяснения, — сказал он, прихватывая Игоря за плечо.

— А этот… рыжий… он где? – спросил кто-то из толпы, вспомнив о пятикласснике, ушедшем в виртуал.

— Я тут, — раздалось снизу, и Игорь увидел сидящего на снегу рядом со шваброй незадачливого школьного хулигана.  – Я только сцену сейчас подмету и математикой пойду заниматься, — доверительно сообщил он. – И русским тоже надо.

— Ребенка травмировали, — испуганно сказала женщина с девочкой, получившей в подарок куклу.

— Нет, я целый, — заверил ее рыжий.

— Это психологическая травма. Недопустимо так издеваться над детьми, — не унималась сердобольная особа.

— Да что плохого в том, что это безобразник сцену подметет и арифметику выучит, — рассердился чей-то дед. – Ведь проваляет дурака все каникулы. Или у телевизора просидит. Вот там-то точно психологическую травму можно получить!

— Все в порядке, граждане, — объявил милиционер, возвращая артистам документы. – Расходитесь по домам, грейтесь. Морозно сегодня.

— Да-а-а, — насмешливо протянул чей-то голос, — как бы не примерзнуть опять.

В толпе послышались шутки, смех, и народ, большой и маленький, начал разбредаться, обсуждая необычное представление.

— А с этими что делать? – спросил напарник веселого милиционера. – Хотели убежать.

— А чего от нас бегать? – поинтересовался тот, разглядывая Снежану. – А ну-ка скажи, как тебя зовут?

— Это Снежана, — быстро сказал Игорь.

— Пусть сама скажет, — потребовал милиционер.

Снежана молчала, отведя глаза в сторону.

— Поедете с нами, — решил веселый. И велел напарнику:

— Веди их в машину. Есть ориентировка на немую девочку. Из детдома убежала.

Он снова посмотрел на Снежану веселым зелеными глазами и подмигнул:

— Попалась, беглянка?

— Она не беглянка, — пытался объяснить Игорь. – Мы тут с Бабушкой и Дедушкой.

— Ну и где они?

— В парке, — сказал Игорь, оглядываясь по сторонам в надежде увидеть снеговиков. Их нигде не было видно, и он предположил:

— Может, заблудились?

— Ну, вот и напишешь заявление, что бабка с дедом потерялись. Заблудились в трех соснах, — засмеялся милиционер. И всю дорогу на приставания Игоря отвечал одно:

— Разберемся, накормим, устроим.

***

— А домой позвонить можно? – спросил Игорь у молодого дежурного, когда их привезли в отделение милиции.

— В обязательном порядке, — бодро разрешил дежурный, подвигая Игорю телефонный аппарат.

— Опять малолетки, — с легкой досадой сказал он веселому милиционеру, наливавшему чай в кружки. – А инспектор только что ушел.

— Верни по рации, — посоветовал веселый, вручая Снежане кружку.

— Нет, ему сейчас лучше дома, в кругу семьи посидеть, — ответил дежурный.

— А что такое? – заинтересовался веселый.

— Да фигня какая-то, — загадочно протянул дежурный. – Хочешь запись глянуть?

— Показывай, погреюсь тут у тебя чуток.

— Ребят в коридор отправь, — посоветовал дежурный.

— А там что, чернуха? – засмеялся веселый.

— Да нет, — сказал дежурный, проматывая запись.

— Пусть здесь сидят, в коридоре дубак, — решил веселый и, обращаясь к Игорю, спросил. – Вас фигней не удивишь, правда?

Игорь пожал плечами и уткнулся в кружку с чаем.

На экране появился угол кабинета с дежурным за столом. Напротив сидел лысоватый мужчина в распахнутом полушубке, а рядом на краешке стула примостился мальчик в костюме рождественского эльфа.

— Инспектор как стеклышко, — заметил веселый, — праздновать еще и не начинал.

— Да не в этом дело, — сказал дежурный. Одновременно с ним заговорил его экранный двойник.

— …забрался в его загородный особняк и украл игрушек на приличную сумму.

— Огнестрельные? – поинтересовался инспектор, пробегая глазами листы, взятые со стола.

— Обыкновенные детские игрушки, подарки новогодние.

— На такую сумму? – с сомнением протянул инспектор.

— Ну, крутые игрушки у его сына, — сказал дежурный.

— А как залез-то? Там охрана с видеонаблюдением.

— Утверждает, что через дымоход камина.

— А до дымохода как?

— Говорит, что долетел.

— А еще что он говорит?

— Говорит, что должен быть невидимым, но что-то не срослось, и мы имеем счастье его видеть.

Игорь оглянулся на Снежану. Она внимательно смотрела на экран поверх края кружки. Инспектор на экране несколько секунд рассматривал эльфа с выражением всякое повидавшего человека, а потом заключил:

— Ну пошли, Карлсон. Только уши сними. Моя тоже такие нацепит и фотографируется, — поделился он с дежурным.

— Они у него настоящие, — буркнул дежурный. – Я проверял.

Инспектор слегка подался вперед и приподнял руку, словно хотел потрогать острые уши мальчика. Тот отшатнулся.

— Ну извини, — сказал инспектор. – Бывает.

Он перевел взгляд на дежурного и спросил как бы между прочим:

— В соответствующее медучреждение звонил?

— Звонил, все на месте. Забирай уже его. – Он снял трубку трезвонившего телефона, послушал и бросил инспектору, который уже застегивал полушубок. – Задержитесь пока.

Опустив трубку на рычаг, он сердито спросил эльфа:

— Ну и каким образом ты умудрился столько квартир обчистить? Или это банда малолетних Карлсонов орудует?

— Так я не воровал, я делил игрушки поровну, — начал эльф.

— Это я уже слышал, робингуд паршивый, — перебил дежурный.

— Про Робин Гуда и Карлсона мне рассказывал мой друг, — с достоинством произнес эльф. – Он любит читать КНИГИ.

— Лучше бы Уголовный Кодекс почитал!

— А что это за книга? – поинтересовался эльф.

— А вот познакомлю тебя с некоторыми ее статьями, — пообещал, снова усаживаясь, инспектор. – И твоего друга за компанию.

— Только его сначала надо найти, — оживился эльф.

— Найдем, не беспокойся, — хором пообещали инспектор и дежурный.

— Скорее бы, — грустно заметил эльф.

Снова зазвонил телефон.

— Дежурный слушает, — сказал милиционер в трубку, пару раз попытался что-то еще сказать, но безуспешно. Положив трубку, он мрачно уставился на эльфа.

— Оторвать бы тебе ушки твои вострые, — раздраженно изрек он. Инспектор выразительно кашлянул. Дежурный, посмотрев прямо в камеру, добавил:

— Это шутка такая.

— Правильно, — обрадованно подхватил инспектор, разворачивая эльфа к себе лицом. – Это шутки такие новогодние. Ты ведь тоже пошутил? – втолковывал он эльфу. – Сейчас вернем игрушки, извинимся… где они, кстати?

— Я их подарил детям, — ответил эльф. – Меня на крышу дома забросило. Вокруг лес в снегу, звезды, красота. Вижу, дымоход торчит. Похоже, каминный. И правда, старый такой камин, им уже не пользуются… а греются БАТАРЕЯМИ ЦЕНТРАЛЬНОГО ОТОПЛЕНИЯ.

— Ты нам про отопление лапшу на уши не вешай, — нетерпеливо вмешался дежурный.

— Разные уши, да похожие души, — строго сказал эльф.

— Рассказывай дальше, — попросил инспектор.

— Детей в доме много, игрушки тоже есть, но таких, как у этого сына, не было, и я решил – зачем одному мальчику…

— Ясно, — снова перебил милиционер. – Адрес можешь назвать?

— Да и так понятно. Коррекционный детский дом! – сказал инспектор, набирая номер.

— Подарки получили? – спросил он в трубку. – Вы не благодарите, вернуть придется. Потому что ворованные… ворованные, говорю. Да знаю я, что ваши дети мухи не обидят… Да я-то тут при чем…

Он положил трубку и огорченно замолчал.

— Можно эти игрушки сыну вернуть, — виновато сказал эльф. – А детям новые подарить. Я быстро управлюсь.

— Мне уже кажется, — сказал инспектор дежурному, — что он тоже воспитанник этого чудесного дома с камином.

— Только кто мне объяснит, каким образом этот «воспитанник» управился с охраной… и почему папаша с сыном будут встречать новый год с разукрашенными физиономиями, — хмуро сказал дежурный.

— Так это защита сработала, — радостно объяснил эльф. – Нам защиту поставили на всякий случай.

— И чего твоя защита не сработала, когда в отделение тебя забирали?

— Так вы же на меня не кидались, зачем ей срабатывать? Я им про подпространство рассказал, а они не поверили, и вот…

Снова зазвонил телефон, и дежурный обреченно снял трубку.

— Понял, — сказал он через некоторое время.

А потом весело доложил инспектору и эльфу:

— Игрушки и техника разная – это спонсорская помощь детям. Оказанная по инициативе известной персоны. Событие озвучено в СМИ. Никаких инцидентов с летающими мальчиками-ниндзя не было и быть не могло.

— Ну и что теперь с тобой делать? – спросил инспектор, озадаченно глядя на эльфа.

— А за мной пришли, — радостно сказал эльф. Легко перемахнул через стол и оказался у окна. – Меня нашли мои друзья!

Он распахнул створки окна, коснулся ладонью зазвеневших решеток и исчез с экрана.

— Где он? – испуганно вскрикнул инспектор, вскакивая со стула.

— Исчез, — сообщил дежурный.

Экран погас.

— Ну и как тебе? — поинтересовался реальный дежурный, все это время наблюдавший за реакцией товарища.

— Санта-Клаус-малолетка, — засмеялся веселый милиционер. – В парке сегодня тоже… весело было. Ребята расскажут, а я пошел. С наступающим всех!

В дверях он обернулся и спросил:

— А с записью что делать будешь? Сотрешь?

— Зачем? – удивился дежурный. – Сохраню в личном архиве. Пойду в отставку, буду милицейские «Секретные материалы» писать. Понравилось кино? – спросил он детей.

— Да, — кивнул Игорь. – Интересно было.

— А в парке что произошло? – поинтересовался дежурный.

Но тут в дверь вломилась тетка в лохматой шубе, сразу заполнив собой все помещение.

— Нашлась потеряшка! – завопила она, оттесняя Игоря и заключая Снежану в объятия. – Как же тебя угораздило?.. Тут не побег, — переключилась она на дежурного, не выпуская девочку из рук, словно опасаясь, что она снова потеряется. – Это же коррекционное учреждение, эти дети не бегают. Ну, замешкался ребенок, а за такими разве углядишь, когда их много? С такими поработаешь, никаких процентов не захочешь… Я ее сейчас сама отвезу. Тебе писанины меньше, а директору нервотрепки и так хватает.

— Ориентировка была, надо отчитаться, — пробубнил дежурный.

— Ну отчитывайся, — сердито сказала шуба, — а девочку я забираю.

— Без заключения врача нельзя, — хмуро возразил дежурный.

Услышав про врача, Снежана извернулась в лохматых объятьях, и Игорь увидел ее полный отчаяния глаз. Второй прятался под съехавшим на лоб белым беретиком.

— Если нужен врач, я к вашим услугам, — раздался знакомый голос, и Игорь радостно бросился к отцу, протягивающему дежурному паспорт.

— По совместительству отец этого парня, — добавил тот и положил руку на плечо сына.

Игорь обрадовался, что отец не назвал его ребенком.

— Можете забирать сына, — разрешил дежурный, возвращая отцу документы.

— А девочка? – спросил отец. – Где ее бабушка с дедом? И отпустите ее, она же задохнется в ваших объятьях, – сказал он тетке.

— Да какие у нее бабушки-дедушки, — возразила шуба, разжимая объятия, — нет у нее никаких родственников.

— Да вон же они! – воскликнул Игорь, заметив за окном знакомые картуз и шаль.

Они со Снежаной ринулись к окну и прижались лбами к стеклу. Во дворе, у скамейки, стояли два снеговика. На снежной голове одного красовался дедушкин картуз, вокруг чуть покосившейся фигуры второго была обмотана бабушкина шаль. На ветке-руке висела корзинка.

— Мальчик тоже из коррекционного? – поинтересовался дежурный, разглядывая снежные фигуры.

— Дети абсолютно адекватны, — твердо сказал отец и, подхватив внезапно начавшую съезжать на пол девочку, крикнул дежурному. — Скорую вызывай!

Когда приехала карета Скорой помощи и дети вышли во двор, снеговиков там не было.

— Они уже дома, наверное, — старался успокоить Снежану Игорь. – А мы едем в папину больницу. Я там тысячу раз бывал, там классно.

 Молоденькая девушка-фельдшер, с интересом наблюдавшая за детьми, спросила:

— Что же вы такое натворили? Накануне Нового года по милициям и больницам путешествуете.

— Да ничего особенно, — благодушно сказал Игорь, — дело-то житейское.

В отделении Снежану облачили в пижаму и отвели в маленькую палату, переделанную из служебного помещения. В ней умудрялись вздремнуть медсестры во время спокойных дежурств и доводилось ночевать Игорю.

— Сейчас сделаем необходимые анализы, — сказал отец докторским тоном, — а потом решим, где будем встречать Новый год.

— Папа, ты что? Зачем анализы? – изумился Игорь, уверенный в том, что снежанин обморок и Скорая были военной хитростью.

— А у нас прекрасная елка в холле, и Дед Мороз со Снегурочкой будут, — гнул свое отец.

— Папа, от Деда Мороза и Снегурочки у нас уже куча проблем.

— А вот и неправда, — прозвенело в дверях, и в палату легко и стремительно вошла девушка в белоснежном халатике с бейджиком в виде снежинки на кармашке. Такие же сияющие снежинки украшали медицинскую шапочку, из-под которой выбивались хитро сплетенные светлые косы.

От снежинок разлетелись по палате разноцветные солнечные зайчики, и все вокруг стало необычным и праздничным.

— Неправда, — повторила девушка, мгновенно наполняя палату зимней свежестью – словно ее одежду только что выстирали и высушили на морозе. – Дедушка Мороз добрый, просто он часто опаздывает. Дел очень много. А настоящую Снегурочку не так уж сложно отличить от самозванки.

Отец, чуть прищурив глаза от солнечных бликов, завороженно смотрел на девушку. А она протянула ему голубую пластиковую папку и продолжала говорить, наполняя комнату то ли еле слышным перезвоном колокольчиков, то ли журчанием весеннего ручейка:

— Это результаты обследования Снежаны. За ее здоровье можно не беспокоиться, и Бабушка с Дедушкой могут оформлять опекунство.

— А кто ее обследовал и когда? – спросил отец, принимая папку из рук девушки.

— Обследования еще не было, но оно же будет, — синие глаза девушки искрились смехом.

— Обследования еще не было, но результаты уже есть. Я правильно вас понял?

— Именно так, — подтвердила девушка. – Девочка здорова и незачем терять время на БУМАЖНУЮ КАНИТЕЛЬ… я правильно сказала?

— Все правильно, — задумчиво ответил отец, рассматривая сквозь прозрачный пластик бумагу с печатями.

Девушка каким-то трудноуловимым изящным способом переместилась к тихо отворяющейся двери палаты.

— До свидания, доктор. Чудес вам, дети.

И она выпорхнула из палаты, оставив после себя легкий холодок, мятно тающий на губах. Дон-динь-день…

Отец, словно очнувшись, выскочил следом. Игорь выглянул в коридор и увидел, как он стремительно шагает к стеклянным дверям лестничной площадки, где мелькнули и исчезли белый халатик и светлые косы.

— Убежала, — разочарованно сообщил отец, вернувшись в палату. Он оглядел детей, присевших на край больничной кровати, и скомандовал:

— Снежана, переодевайся, идем домой.

В коридоре, ожидая Снежану, он спросил легким тоном, словно невзначай:

— Что там у нее на бейджике было написано, я не разобрал?

— Кажется, там было написано «Снегурочка», — ответил Игорь.

— Да? – тон отца был по-прежнему легким, а серые глаза продолжали щуриться, как будто Снегурочка все еще сияла ему из опустевшего пространства. – Наверное, она из волонтеров… надо выяснить.

И, словно развеяв волшебное наваждение своим предположением, отец снова стал доктором, которому по должности положено быть уверенным и невозмутимым.

***

Они шли домой по вечернему бульвару. Вокруг фонарей кружились снежинки. Было тихо, и никому не хотелось нарушать тишину. И все равно Игорю казалось, что они разговаривают: каждый о своем. И тишина зимних сумерек была наполнена неслышным разговором таких разных, таких близких людей.

Во дворе дома Снежана принялась искать пропавшую рукавичку. Игорь понимал, что дело не в пропаже – просто она боялась, что снеговиков дома не окажется. Отец стоял на крыльце и не заходил в подъезд. Он боялся оставить детей без присмотра: вдруг опять начнутся чудеса. А Игорь, в свою очередь, боялся, что чудеса закончились. И в этой тревожной тишине раздался скрип качелей: они тихонько раскачивались сами по себе, словно от ветра, которого не было. Снежана разулыбалась и шепнула:

— Это эльфы вернулись.

И они с Игорем, не сговариваясь, бросились в тот угол двора, откуда было видно окно чердака, и увидели, что оно светится теплым золотым светом.

— Ну, идемте, наконец, домой, — сказал отец, подходя к детям. – Бабушка с Дедушкой ждут.

Они поднялись на чердак и увидели, что снеговики чинно сидят за праздничным столом, нарядная елка светится цветными фонариками, а кот мирно спит в кресле. Снежана сняла куртку и бросилась к старикам. Они крепко обнялись, а кот, спрыгнув с кресла, начал тереться о ноги девочки. Стало очень тихо. Игорь не слышал даже тиканья часов. Их маятник качался все медленнее, словно время потекло по-иному. Мальчик окинул взглядом комнату и увидел, что отец сидит в кресле, откуда только что спрыгнул кот, и спит.

— А как же Новый Год? – спросил Игорь, ощутив смутное беспокойство. – Пора встречать Новый Год! – громко добавил он, но отец не просыпался.

— Пора, пора, — согласилась Бабушка. – Нас уже ждут!

— Тогда в путь, — скомандовал дед, решительно вставая из-за стола и направляясь к двери. – За мной, друзья!

— А папа?

— Пусть отдохнет, — успокоила его Бабушка, обматываясь шалью. – Он устал.

То, что она не пыталась накормить, по своему обыкновению, детей, показалось Игорю странным. Впрочем, он был не голоден. Они дружной вереницей, замыкаемой белым котом, двинулись в путь, оставив отца мирно спать в кресле.

***

В пустой квартире Игоря громко говорило радио. Синоптики обещали сильную метель. Мальчик снова ощутил беспокойство, но Снежана, словно почувствовал это, крепко взяла его за руку и потянула за собой. Прямо у крыльца подъезда стояла тройка белых лошадок, запряженная в резные сани. Дед занял место возницы и поторопил спутников:

— Садитесь поживее!

Бабушка и дети сели в сани, кот прыгнул на колени к Бабушке, и сани легко покатили по пустынным улицам города.

— Смотрите внимательно, — обернулся дед. – Никого не провороньте!

— А кого мы ищем? – спросил Игорь, вглядываясь в полумрак освещенных фонарями улиц. Вокруг не было ни души.

— Да снеговиков же, — объяснила Снежана. – Дедушка, вон коты!

Сани замедлили ход, Игорь увидел двух слепленных из снега котов с усами-веточками и глазами из зеленых пуговиц.

— Приглашаем вас на Бал, — звонко крикнула Снежана, и коты встряхнулись, подняв облако снежной пыли, и побежали за санями, а по улице поползла метельная поземка. По дороге к ним присоединилось семейство снеговиков со снеговичками, компания снежных дворников с метлами, барышни в пышных снежных шубках и белый медвежонок с банкой сгущеного молока. И вся эта снежная свита то ли бежала, то ли летела за санями сквозь начинающуюся метель.

Тройка подкатила к парку, свернула на аллею с указателем «Конкурс снеговиков» и остановилась на знакомой поляне. Кого здесь только не было! Снежные шахматные короли и королевы, гномы в колпаках и принцессы в сверкающих ледяных украшениях, целая команда хоккеистов с клюшками, моряк в бескозырке, веселый толстый повар с поварешкой и прочая снежная публика. А на сцене, той самой, где утром происходили удивительные события, расположился оркестр снежных музыкантов.

— Объявляйте Снежный Бал открытым, — сказал Дедушка, улыбаясь детям.

Они поднялись по деревянным ступеням и стали на краю сцены. Ветер взметнул пригоршню снега и осыпал их белым конфетти.

— Снежный Бал начинается, — звонко объявила Снежана, и набиравшая силу вьюга стихла. Вернее, она продолжалась в раскачивающихся верхушках елей, и видно было, как снег заметает аллею, а в небе пенится и закипает молочно-снежная каша. Среди этого метельного наваждения существовала сама по себе тихая поляна, похожая на новогодний торт, щедро политый белой глазурью, посыпанный сахарной пудрой и украшенный елочками и сказочными фигурками из кондитерской мастики. Снежана махнула рукой музыкантам, и заиграла музыка, негромкая, с перезвоном колокольчиков, как в музыкальной шкатулке. Снежные фигуры закружились в танце по поляне-торту. Ощущение нереальности происходящего сгустилось вокруг Игоря. Он оглянулся на Снежану, но девочки на сцене не оказалось. Он увидел ее в центре поляны, в компании двух мальчиков в рождественских колпачках и девочки с серебристой коронкой на золотых волосах. Они махали ему и улыбались.

— Это Сноуболл, это Фло, — представила Снежана эльфов Игорю, когда тот, осторожно пробираясь среди снежных танцоров, подошел к ним. — А это тот самый Айс.

— Который нашелся, — закончил Игорь, и эльф разулыбался и кивнул.

— Они прощаются с нами, — грустно сказала Снежана.

— До следующего Нового Года? – спросил Игорь.

— Только через семь лет, — вздохнула Фло.

— Вы уже ВЫРАСТЕТЕ, — добавил Айс.

— Это елки вырастают, — фыркнул Сноуболл. – А они станут ВЗРОСЛЫМИ.

— Ну да, — согласился Айс. – И перестанут верить в Деда Мороза.

Я давно не верю в Деда Мороза, подумал Игорь.

И снова ощущение иного хода времени охватило его. Словно какие-то главные волшебные часы сбились с ритма тем вечером, когда он увидел в окно девочку в белом беретике, лепившую снеговиков. И все последующие события происходили по законам неправильного времени, в слегка сдвинутом с места мире. Так при легком повороте калейдоскопа из горстки стекляшек возникают причудливые узоры, и невозможно отличить стекляшки от зеркальных отражений. Вот и калейдоскоп реальности слегка повернулся, обыденные события отразились в зеркалах воображения и сложились в удивительный узор из вымысла и правды, детских воспоминаний о давно прочитанных книгах и историях, расказанных милым, до боли знакомым голосом, может быть, голосом мамы, которую Игорь совсем не помнил.

Небо озарилось сиянием, и все посмотрели вверх. В метельном вареве, кипящем над тихой поляной, проступил силуэт летящего по небесной дороге конного экипажа. Из-под копыт белоснежной тройки лошадей вылетали сверкающие звезды-искры. Небо над поляной вдруг очистилось, тучи разошлись к краям небесного бездонного колодца, полного ярких звезд. Экипаж опустился в начало аллеи, на границу между поляной и бушующей вьюгой, но ничего нельзя было разглядеть, потому что в небе колыхались, переливаясь всеми цветами радуги, прозрачные шелковые полотна, и вся поляна стала разноцветной.

— Праздничный фейерверк Снежной Королевы! – радостно крикнул Айс.

— Северное сияние, — взволнованно выдохнул Сноуболл. – Ионизированная плазма…

— Все, мальчики, нам пора, — решительно сказала Фло эльфам и протянула Снежане ровную ледяную сосульку. – Возьми, сыграй нам на прощание.

Эльфы взялись за руки и пошли по залитой светом поляне к карете. Снежана шагнула за ними, но Фло обернулась и строго сказала:

— Детям нельзя подходить к лошадками Снежной Королевы. Иди на сцену и играй.

Девочка послушно поднялась по ступенькам и поднесла к губам сосульку. Чистая печальная мелодия полетела вслед эльфам, и Игорь понял, что Фло подарила девочке вовсе не сосульку, а прозрачную свирель. Лошади Снежной Королевы взмыли в небо, унося с собой карету с эльфами. Сияние стало меркнуть. Теперь поляна освещалась только фонарями, которые слегка покачивались, словно вьюга уже дотянулась до них.

— Нам тоже пора, — услышал Игорь и оглянулся.

Бабушка и Дедушка стояли рядом и смотрели на внучку, играющую на сцене, ласково и грустно.

— Мы не будем прощаться, — сказал Дед. – А то Бабушка начнет плакать, а ведь еще не время для капели.

— Но куда вы собрались? – забеспокоился Игорь.  – Зачем прощаться?

— Нас подарили только на праздник, — просто сказал Дед. – А праздник заканчивается.

— Подарили на праздник?.. А как же Снежана? Как она останется без вас?

— Снежные эльфы – сущие дети, — вздохнула Бабушка. – Одно слово, снежата…

— Вот уж попадет им дома, — сердито проговорил Дед. – И поделом. Айс вот тоже всякого успел натворить.

— Но почему вы не можете остаться? – допытывался Игорь. Его пугала разлука, и сейчас ему было не до эльфов.

— Зима закончится, — напомнил снеговик.

— Вы… растаете?

— Нет-нет, — успокоила Бабушка. – Мы все-таки не совсем снеговики.

— Вы очень хорошие люди, — горячо заверил Игорь.

— Спасибо. Мы польщены, — с достоинством поблагодарил Дед. – Мы очень любим внучку, но нам пора.

— Пора… – эхом повторила Бабушка, прижимаясь к Деду.

В свете фонарей их лица казались бледными и неясными. Только глаза оставались прежними, и из них по-прежнему струилось ласковое тепло. Они бочком, оглядываясь на сцену, где продолжала петь ледяная свирель Снежаны, двинулись к аллее. Игорь видел, что они стали какими-то зыбкими, совсем нездешними.

— Куда вы? – испуганно спросил он.

— Мы погуляем, — словно издалека донесся голос Бабушки. – Смотри, какая чудесная метель, какой прекрасный снежный сад…

И они торопливо, держась друг за друга, шагнули в метель и сразу смешались со снежным вихрем.

— Постойте! – крикнул Игорь. – Не уходите, пожалуйста, останьтесь!

Внезапный порыв ветра сбил его с ног, а крик потонул в завывании вьюги, ворвавшейся в пространство поляны. Игорь оглянулся и увидел, как раскачиваются фонари, освещающие застывшие снежные фигуры, заметаемые снегом. Увидел сиротливую фигурку девочки на краю сцены. Игорь бросился к ней, но ветер то толкал в спину, то отбрасывал в сторону, то кидал в лицо охапки снега. С трудом добравшись до сцены, он помог Снежане спуститься по скрипящей под ударами ветра лестнице. Было трудно устоять на ногах, дети вцепились в деревянные перила, словно это был трап тонущего в бурном холодном море суденышка.

— Где Бабушка и Дед? – скорее угадал, чем услышал Игорь.

— Не знаю, — соврал он.

— Где они? – снова крикнула девочка, стараясь что-то разглядеть в бушующем снежном море.

— Надо домой! – ушел от ответа Игорь. Он впервые за этот вечер ощутил холод и понял, что Снежана тоже начала замерзать.

— Я без них не уйду, — замотала головой девочка, закрывая рукавичками лицо. – Буду искать их.

Она отпустила перила и сделала пару шагов. Порыв ветра сбил ее с ног, она плюхнулась в снег и заплакала. Игорь озирался, пытаясь понять, в какой стороне выход из парка, но снег слепил глаза.

— Снежана, вставай! – он пытался поднять ее за воротник, но тот выскальзывал из замерзших рук.

— Я не могу, — слабо выдохнула девочка. – Мне холодно.

Игорю в голову полезли истории о замерзших в снегу людях. Ну не можем же мы замерзнуть в городском парке, это же не тайга, отгонял он страх. Мальчик снова попытался поднять подружку, но сам повалился в снег. Синоптики не соврали, с отчаянием подумал он, это какая-то аномальная метель. В сердитом пении ветра ему почудилось мяуканье. Он пригляделся и увидел, как прямо по сугробам бежит почти неразличимый на снегу белый кот.

— Кис-кис, — позвал Игорь, но кот пробежал мимо, обогнув сцену и замер, глядя на детей.

Игорь на четвереньках добрался к нему и увидел, что кот остановился у маленькой дверцы в основании сцены, наполовину занесенной снегом. Мальчик отгреб тяжелый рыхлый снег и, приоткрыв дверцу, заглянул внутрь. Он различил белый лохматый тулуп, платок и клюку. Да это же вещи давешней Бабы-Яги, вспомнил Игорь. Он потянул платок за край и обнаружил под ним горячий котелок, термос и батон свежего хлеба. Запах горячей еды придал ему сил. Он вернулся к Снежане, обмотал ее хранящим тепло котелка платком и помог добраться до спасительного убежища. Пространство под сценой использовали для хранения хозяйственного инвентаря: в нем обнаружились метла, лопаты, старые санки и лыжи с оторванным креплением.

Сидя под тулупом Пани Ядвиги, при свете обнаруженного в кармане тулупа фонарика, дети ели картошку, запивая ее горячим молоком из термоса. Коту налили молока в крышку котелка, и он долго пил остывающее на морозе белое лакомство, а потом свернулся возле Снежаны клубком и замурлыкал.

— Я пойду на разведку, — сказал Игорь, чувствуя, как внутри разливается спасительное тепло. – А вы оставайтесь тут!

Пригревшаяся под тулупом Снежана послушно кивнула.

***

После полумрака убежища Игоря поразила белизна поляны. Ветер немного стих, и крупные снежные хлопья летели сплошным косым потоком. Кое-как примотав найденной бечевкой лыжины к ботинкам, он двинулся по рыхлому снегу к аллее. Лыжи то норовили разъехаться, то перекрещивались. Наконец он добрался до аллеи и решил пройти по ней. Вдруг где-то там под фонарем стоят снеговики и ждут детей, чтобы пойти с ними домой, в уютную комнату на чердаке?

Однако, вытягивая лыжину из очередного сугроба, он наткнулся на знакомый картуз, а потом вытащил из снега шаль и шарф. Мальчик отряхнул находки и сунул за пазуху. Сквозь набегающие слезы он заметил в конце аллеи легкую фигурку. Она бежала сквозь белые хлопья, прямо по снежным волнам, совершенно не увязая в сугробах. И все ее движения подчинялись какой-то неслышимой, но явно разлитой в морозном воздухе мелодии. Ее невозможно было не узнать, и у Игоря радостно екнуло в груди.

Изо всех сил стараясь справиться с непослушными лыжами, он зигзагами покатил по аллее, стараясь догнать девушку.

— Снегурочка! – позвал он, вспомнив надпись на бейджике-снежинке.

Она остановилась, легко повернувшись на гребне сугроба. А Игорь приближался к ней, и наконец остановился, неловко скрестив лыжи и не решаясь заговорить.

— Ты хотел задать вопрос, — подсказала Снегурочка.

Она была красива той красотой, от которой вокруг становится светлее, замирает в груди и хочется сделать что-нибудь очень хорошее.

— Который час? – брякнул, совсем растерявшись, Игорь.

Снегурочка звонко рассмеялась, и ей ответил веселый щебет невидимых птиц.

— Не обижайся, просто ты задал вопрос, на который мне труднее всего ответить, — объяснила она. – Но ты хотел спросить о снеговиках, ведь так?

— Да, — кивнул Игорь, но не решился задать прямой вопрос.

— С ними все в порядке, – Снегурочка немного помолчала, задумчиво глядя на мальчика, и почти дословно повторила слова снежной Бабушки. – Снежные эльфы, они как дети. Не могут понять, как быстро летит время у их Соседей. Забывают, что чудеса Снежного Мира в мире людей длятся недолго. Подаренные игрушки потеряются к весне… И они не догадываются о том, что расставание – это очень грустно.

— Зачем же было обещать? – Игорь спросил это с надеждой, что все еще можно исправить, но слова его прозвучали укоризненно. Брови Снегурочки удивленно приподнялись.

— Снеговики превратились в Бабушку и Дедушку, как в сказке, только наоборот, — торопливо продолжил Игорь. – Но в жизни все должно быть по-настоящему. Бабушка с Дедом были как настоящие, а на самом деле…

Он не мог объяснить словами все, что чувствовал сейчас, и замолчал.

— Они и были настоящие, — тихо сказала Снегурочка. – На самом деле.

Она не понимает, с горечью подумал Игорь. Он вдруг почувствовал себя куда более взрослым, чем эта невероятно красивая невесомая девочка, стоящая на гребне снежной волны посреди бескрайнего снегопада. Вот сейчас возьмет и исчезнет, испугался Игорь. Снегурочка легко переступила с гребня в снежную впадину и стала почти вровень с мальчиком.

— Настоящие чудеса делать непросто, — сказала она. – Их ведь необходимо сплавить с реальностью. Замечал ли ты, что зимой, когда замерзают озера и реки, реальность, напротив, как будто тает? Мир становится зыбким, открытым для чудес.

— Да, это все чувствуют, — улыбнулся Игорь.

— Вот тогда на Поляне Забытых Вещей нужно взять потерянными реальными Бабушкой и Дедушкой картуз, шарф и шаль… – Она замолчала, словно прислушиваясь к тишине зимнего парка, и посмотрела на Игоря с доброжелательной строгостью, как учитель на недогадливого ученика.

— …и надеть на слепленных снеговиков, — продолжил Игорь.

— Реальность растопится горячим желанием… – Снегурочка снова замолчала, не закончив фразу.

Они словно исполняли дуэтом забытую песню, и Игорь очень боялся сфальшивить.

— …и сплавится с чудесным событием, — закончил и он и облегченно вздохнул, когда Снегурочка одобрительно кивнула.

— А теперь мне пора, — сказала она и побежала по снежным волнам.

— Постой, а что дальше? – крикнул Игорь и рванулся следом, но лыжина хрустнула, нога потеряла опору и мальчик почти по самую макушку провалился в белое пушистое пространство веселого детства. Полузабытые, чудом сохранившиеся в дальних уголках памяти детские воспоминания закружили Игоря в хороводе смутно знакомых лиц, радостных возгласов и не хотели выпускать, пока откуда-то издалека не донеслись знакомые слова: «Смотри, какая чудесная метель, какой прекрасный снежный сад». И уже совсем рядом послышалось знакомое дедовское ворчание:

— Ну вот почему ты так уверена, что он тут?

— Я же говорю, — отвечала Бабушка, — мне приснился сон, что он тут, зовет нас, мяукает так жалобно…

Что-то явно было не так, но Игорь не хотел этого замечать.

— Я тут! – крикнул он, смахивая снег с лица.

— Ай, — вскрикнула Бабушка. – Кто тут?

— Это я, Игорь, — сказал мальчик, пытаясь выбраться из снежной ловушки.

— А я Аглая Львовна, — фыркнула та. – Хотя и бабушка, конечно. И что ты тут делаешь ночью, в такую погоду?

— Да погоди, Аглая, — вмешался дед, пробуя лыжной палкой снег. – Тут колдобина под снегом. Давай руку, пацан.

— Там еще Снежана, — сказал извлеченный из снежного плена Игорь. Фонари светили совсем тускло, и он не мог разглядеть лица своих спасителей.

— Господи, да что ж это такое, — вскрикнула Аглая Львовна. Она была одета в лыжный костюм и держала в руках лыжные палки. – Иван, скорее, а то ведь задохнется в снегу!

— Нет, она не в снегу, она под сценой, на поляне… и кот тоже там, — успокоил стариков Игорь.

— И кот? – обрадовалась Аглая Львовна. – Белый, с голубыми глазами? Вот видишь, я была права! – Она победно оглянулась на своего спутника и даже потрясла в воздухе лыжной палкой. – Я говорила, что Снежок там.

Игорь тоже посмотрел на лыжника, и в свете ярко вспыхнувшего фонаря увидел, что из-под вязаной лыжной шапки на него смотрят знакомые смеющиеся глаза снежного Дедушки.

— Это вы! – вырвался у него радостный возглас.

— Это, безусловно, мы, — насмешливо подтвердила Аглая Львовна.

Игорь дернул молнию куртки и, вытащив вещи снеговиков, молча протянул их Аглае Львовне.

— Моя старая шаль, – изумленно произнесла Аглая Львовна, принимая вещи из рук мальчика. – И твой картуз, Иван… Откуда это у тебя? – обратилась она к Игорю.

— С Поляны Забытых Вещей, — быстро сказал Игорь, вспомнив Снегурочку.

— Что-что? – переспросила Аглая Львовна, набрасывая шаль на плечи, и, не дождавшись объяснений, скомандовала. – Веди за подружкой и котом!

— Ты нас тут подожди, так быстрее будет, — сказал дед рассудительно. Он обмотал шарф вокруг воротника куртки, а картуз сунул в висящую через плечо сумку.

— Они на поляне, где выставка снеговиков…

— Я понял, — сказал дед-лыжник и заскользил по аллее, сразу обогнав рванувшую вперед Аглаю Львовну.

***

Лыжники проживали рядом с парком, на последнем этаже трехэтажного дома. Оказавшись в их теплой уютной квартире, Игорь почувствовал, как сильно он устал. Привезенную на санках Снежану Иван Ефремович – так звали лыжника – на руках занес в комнату и уложил на диван, где она сразу заснула. Снежок свернулся пушистым клубком у нее в ногах и тоже затих.

— Можно я позвоню папе? – спросил Игорь, заметив белеющий в полумраке телефон, и, получив разрешение, плюхнулся в глубокое кресло. Борясь со сном, он слушал бесконечные гудки в телефонной трубке и рассматривал комнату. Он определенно видел впервые стол со старинной вазой, книжный шкаф, где среди книг поблескивали фарфоровые статуэтки, этажерку, заполненную разноцветными папками. Однако его не покидало чувство, что он здесь уже когда-то был.

Мелодичный звон наполнил комнату, Игорь нашел глазами знакомые часы с маятником – такие же висели на стене мансарды. Маятник раскачивался очень медленно, но Игорю показалось, что ход часов убыстряется с каждой секундой. Он присмотрелся и увидел, что на маятнике сидят, свесив ноги в красных сапожках, Сноуболл и Фло, и раскачиваются, как на качелях. Стрелки часов быстро вращались.

— Осторожно, вы убыстряете время, — предупредил Игорь эльфов.

— Время относительно, Игорь, — ответил умный Сноуболл.

— …Игорь! – повторил голос снежного Дедушки, и мальчик проснулся. Над ним склонился Иван Ефремович.

— Игорь, скажи твой адрес, — негромко говорил дед, вынимая трубку из рук мальчика. – Я пробегусь на лыжах, успокою твоего отца.

— Я с вами, — мгновенно окончательно проснулся Игорь, вскакивая с кресла.

— Ты лучше отдохни, я быстро вернусь.

— Иван, достань мои детские лыжи, ему будут впору, — сказала Аглая Львовна, возникая в дверном проеме. – Только сначала я вас накормлю.

И Игорь впервые уловил в голосе Аглаи Львовны интонации снежной Бабушки.

***

В светлой кухне, пахнущей ремонтом, Игорь разглядел как следует лыжников-спасителей. Они были очень похожи на снеговиков, только лица их не были такими белоснежно-румяными, а глаза – столь ярко-голубыми, как у снежных Бабушки и Деда. Волосы Аглаи Львовны были коротко подстрижены, в отличие от бабушкиных, собранных в белоснежный узел. И характер ее весьма отличался от бабушкиного. Она буквально обстреливала Игоря вопросами, не забывая подкладывать ему в тарелку еду. Он и не заметил, как рассказал всю историю внимательно слушавшей его паре.

— Ну, что скажешь? – обратилась Аглая Львовна к деду, когда Игорь закончил рассказ и замолчал, с волнением ожидая реакции слушателей.

— Симпатичная зимняя сказка, и нам достались неплохие роли, — благодушно сказал Иван Ефремович. – Я бы не отказался ее проиллюстрировать.

— А я только не поняла, кто ее сочинил. Этот юный сказочник или хранящая загадочное молчание Снежана?

— А это уж по твоей части, — изрек Иван Ефремович, поднимаясь из-за стола. И обратился к мальчику:

— Ну что, сочинитель, идем за лыжами?

Игорь кивнул и тоже встал, но не пошел за Иваном Ефремовичем, а задержался и сказал, глядя на Аглаю Львовну:

— У Снежаны никого нет, кроме Бабушки и Дедушки. Вы ее просто в гости иногда приглашайте. А я скажу, что у вас память немного пропала… Это же бывает у пожилых?

— Ну спасибо, — сказала Аглая Львовна ядовито. – Сначала бомжей чердачных из нас сделал, теперь в маразматики записал.

Иван Ефремович оглушительно захохотал. Игорь растерянно умолк. Он уже не знал, кого больше напоминает Аглая Львовна – снежную Бабушку или Пани Ядвигу.

— Иди уже, чего стоишь, — насмешливо сказала Аглая Львовна, наклоняясь к коту, забежавшему в кухню. Игорю показалось, что она прячет лицо, и он поспешно вышел из кухни.

Иван Ефремович ждал его в прихожей возле деревянной лестницы, которую Игорь заметил только сейчас. Они поднялись по чуть поскрипывающим ступенькам и оказались в светлой, пахнущей красками мансарде с окном-аркой во всю стену. У окна стоял мольберт и столик, уставленный разноцветными баночками и кистями. Белый кот, умеющий возникать из пустоты, прыгнул в плетеное кресло и гордо повел пушистым хвостом.

— Мастерская и по совместительству кладовая, — весело сказал Иван Ефремович, доставая небольшие лыжи и примеривая их к Игорю. – Подойдут, — решил он. И доверительно добавил:

— ты ее не бойся, она добрая.

Через полчаса они скользили по засыпанному снегом городу, оставив крепко спящую Снежану в обществе Аглаи Львовны и кота. Метель стихла, но городские улицы по-прежнему были безлюдны. Во многих домах за окнами светились елочные фонарики. Во дворах виднелись заметенные снегом автомобили, а в одном из переулков Игорь увидел знакомых снежных котов. Снежный бал закончился, и гости разошлись по домам.

Чтобы попасть в дом, лыжникам пришлось потрудиться, освобождая от снега дверь подъезда. Наконец они поднялись в пустую квартиру.

— Я сейчас, — сказал Игорь деду и бросился на чердак.

Отец по-прежнему спал в старом кресле, в окружении чердачного хлама. Часы с неподвижным маятником занимали свое место в углу, а рядом возвышалась небольшая, пахнущая хвоей елочка. Игрушек на ней не было. Чудеса перепутались с реальностью.

— Папа! — потряс Игорь отца за плечо.

Отец встрепенулся и несколько мгновений непонимающе смотрел на сына.

— Папа, пойдем, нас дедушка ждет.

Отец потер ладонями лицо и спросил, недоуменно озираясь:

— А почему я тут уснул?

— Ты… за елкой поднялся, — находчиво придумал объяснение Игорь. – Наверное, присел отдохнуть и уснул. Бери елку и пошли!

Отец послушно взял елку, повертел ее в руках и двинулся вслед за сыном, продолжая недоумевать:

— Нет, это как-то ненормально… сел и уснул, и главное – ничего не помню…

— Чего ты не помнишь? – поинтересовался Игорь.

— Да про елку ничего не помню! – нервно сказал отец.

— А Снежану помнишь? – спросил Игорь.

— Снежану, естественно, помню, — сердито сказал отец и остановился. – Постой, а где все? Почему чердак в таком виде?

— Чердак в обычном чердачном виде, — небрежно сказал Игорь. – Снежана с бабушкой у себя дома. А дед ждет нас внизу! Все в порядке, папа.

— Со мной точно не все в порядке, — беспокоился отец.

— Ну сделай томографию, — посоветовал Игорь, уклоняясь от еловых веток.

— Не учи ученого, — отмахнулся отец, но несколько успокоился.

***

— Иван Ефремович, — церемонно представился дед, когда отец с сыном и елкой появились в комнате.

— Эээ… Евгений Владимирович, — с заминкой откликнулся отец, не ожидавший такого запоздалого официального знакомства, и вопросительно глянул на сына.

— Папа, одевайся, бери лыжи и едем к Снежане. Там весь город снегом завалило, — перевел Игорь разговор в безопасное русло.

— Да, — поддакнул Иван Ефремович, — мы с Аглаей Львовной приглашаем вас.

— Аглая Львовна Морозова! – потрясенно сказал отец. – А я все никак не мог вспомнить, кого мне напоминает бабушка Снежаны.

— Вы ее знаете? – оживился Иван Ефремович. – Впрочем, это неудивительно при вашей профессии.

— Елку надо взять с собой, — громко сказал Игорь, вклиниваясь в непредсказуемый разговор и дергая за рукав отца, собирающегося что-то сказать.

— Да, — согласился Иван Ефремович, — елка нам не помешает.

И он заговорщицки подмигнул мальчику. Игорь благодарно улыбнулся ему в ответ. Он уже понял, что Иван Ефремович принадлежит к тем людям, которые сохраняют спокойствие и веселое расположение духа в самых невероятных обстоятельствах.

***

— А вот и елка пожаловала, — веселым возгласом встретила их Аглая Львовна. – Не зря мы с тобой игрушки разбирали! – крикнула она в комнату, где Снежана сидела за столом, заваленным сверкающими шарами и елочными гирляндами.

— Аглая Львовна, — представил жену Иван Ефремович. – А это Евгений Владимирович, папа Игоря.

— Мне очень приятно, — почтительно сказал отец, отдавая елку Ивану Ефремовичу и слегка кланяясь Аглае Львовне. – Я слушал ваши лекции, потрясающе интересно! У меня, кстати, возникло много вопросов…

— Потом, коллега, — остановила его Аглая Львовна. – Раздевайтесь и включайтесь в праздничную деятельность. Мы ведь в некотором роде коллеги? — уточнила она, удалясь в кухню.

— Да, можно так сказать, — радостно улыбаясь, согласился отец.

— Час от часу не легче, — подумал Игорь, с тревогой приближаясь к Снежане, склонившейся над игрушками. Но, увидев засиявшее ему навстречу лицо девочки, сразу успокоился.

— Давайте наряжать елку, — негромко сказала Снежана и обвела взглядом Игоря и вошедших взрослых, словно спрашивая, правильно ли она говорит.

А потом они сидели за столом, пили чай с разными вкусностями, а кот устроился на подоконнике и довольно помахивал пушистым хвостом.

— Где только не доводилось встречать Новый Год, — среди веселой беседы вдруг задумчиво сказала Аглая Львовна. – Но вот чтобы в парке, в метель, с северным сиянием…

— На Поляне Забытых Вещей, — подсказал Игорь тихонько.

— Да нет, — вмешался Иван Ефремович. – Скорее на Поляне Чудесных Находок! И шаль любимую нашли, и картуз мой, и кота ненаглядного, а главное, друзей хороших нашли.

— И внучку, — добавила Аглая Львовна, обнимая прильнувшую к ней Снежану.

И сейчас она была совершенно похожа на снежную Бабушку.

Мелодично прозвенели часы. Медный маятник, равномерно раскачиваясь, исправно отсчитывал мгновения незаметно наступившего нового года. Игорь почувствовал, как мир, бывший таким зыбким и неустойчивым в последние дни уходящего года, пришел в равновесие.

Реклама